Страницы истории

Русско-японская война

В январе 1904 года нападением на русский крейсер «Варяг», стоявший в бухте Чемульпо, и на русскую военно-морскую базу Порт-Артур японцы начали войну с Россией. Эта война была вызвана серьезными противоречиями между Японией и Россией. Россия непрерывно расширяла свои колониальные владения на Дальнем Востоке, и вскоре ее интересы столкнулись с имперскими интересами усилившейся после проведенных ранее реформ Японией. К этой войне Япония оказалась подготовленной лучше России и нанесла ей несколько тяжелейших поражений. В мае 1904 года японский флот встретил в Цусимском проливе русскую эскадру адмирала Рождественского, пришедшую из Балтийского моря и нанес ей сокрушительное поражение. Разгром в Цусимском проливе стал нарицательным для обозначения военной катастрофы. Вместо сплочения общества в результате «маленькой победной над азиатцами войны» Россия получила тяжелое военное поражение армии, тысячи погибших, разобщенное общество, униженное национальное достоинство и в конечном счете – революцию.

Оборона крепости Порт-Артур стала главным событием Русско-японской войны. Несмотря на усилия главнокомандующего и наместника на Дальнем Востоке Евгения Алексеева, русская армия терпела поражения в Маньчжурии и все дальше отступала от крепости. После гибели флота у Цусимы положение осажденного со всех сторон гарнизона Порт-Артура стало безнадежным, и он сдался. Портсмутский мир с японцами, заключенный С. Ю. Витте, не принес успокоения стране – в России бушевала революция.

«Варяг» и «Кореец»

Крейсер «Варяг» был построен в США (Филадельфия), прибыл в Кронштадт в 1901 году, а потом переведен во Владивосток в состав Тихоокеанского флота. С 1903 года под командой капитана 1 ранга В. Ф. Руднева «Варяг» находился вместе с канонерской лодкой «Кореец» в корейском порту Чемульпо как «стационер» – так называли корабли, обозначающие военное присутствие великих держав в тогдашних «горячих точках». В Чемульпо же стояли корабли и других стран. 27 января 1904 года, в день начала Русско-японской войны, «Варяг» пытался вернуться во Владивосток, но обнаружил, что выход из Чемульпо для него перекрыт японскими кораблями. Руднев решил не сдаваться на милость японцев, а приказал вступить в бой с превосходящими силами противника. Бой длился всего 45 минут. Получив серьезные повреждения и потеряв в бою 33 человека убитыми и 120 ранеными, «Варяг» вернулся в порт Чемульпо, где было решено «Кореец» взорвать, а «Варяг» затопить.

Но крейсер лег на небольшой глубине, его подняли японцы, переименовали в «Сойя». В марте 1916 года Россия выкупила корабль, ставший благодаря известной песне о «Варяге» символом мужества и стойкости русских моряков. «Варяг» под Андреевским флагом перешел из Владивостока в Мурманск, в марте 1917 года ушел на ремонт в Ливерпуль да там и остался. Позже англичане его разоружили и продали на металлолом. Во время буксировки корабль сел на камни вблизи г. Лендалфут и в 1925 году был разобран на металлолом.

«Кореец» – канонерская лодка, построенная в Стокгольме в 1886 году и купленная Россией. Она была устаревшим судном; кроме парового двигателя с винтом она еще имела паруса и острый форштевень, чтобы таранить корабли неприятеля. «Кореец» состоял в Сибирской флотилии и Тихоокеанском флоте, но реальной силы не представлял. Тем не менее «Кореец», которым командовал капитан 2 ранга Г. П. Беляев, не уступил в мужестве «Варягу»: вместе с ним вышел навстречу неприятелю и принял с ним неравной бой.

Заглянем в источник

Русско-японская война ознаменовалась не только военным поражением России, но и ее страшным военно-морским позором. На последней стадии Цусимского сражения утром 15 мая 1904 года японские корабли адмирала Того окружили отряд принявшего главное командование после ранения Рожественского адмирала Небогатова в составе броненосцев «Николай I», «Орел», «Апраксин», «Сенявин» и крейсера «Изумруд». Суда эти не имели серьезных повреждений и были вполне боеспособны. В японском «Описании военных действий на море» записано:

«Было 10 часов 34 минуты утра, когда 1-й и 2-й боевые отряды сблизились до расстояния около 8 тысяч метров, первым открыл огонь “Кассуга”, а за ним начали бой и прочие суда; неприятель не только не отвечал, но вдруг приспустил кормовые флаги и поднял международный сигнал о сдаче. Адмирал Того, соглашаясь на сдачу, прекратил огонь и приказал нашим отрядам окружить… неприятеля».

Затем на флагманский корабль Небогатова «Николай I» были посланы парламентеры для того, чтобы поставить Небогатову первые условия сдачи и забрать его на «Микасу» – флагман японского флота.

«Адмирал Небогатов – продолжает автор “Описания”, – ответил на это согласием и, чтобы передать это на свои суда, просил дать некоторое время. Минут через 30, окончив распоряжения, адмирал со своим штабом одел парадную форму, вышел на палубу и, собрав команду, дружески объяснил причину неизбежной сдачи, прибавив следующее: “Мне уже 60 лет, и я не жалею своего старого тела, мне жалко только ваших жизней, вы впереди имеете еще долгие годы, прошу вас, претерпев временный стыд, в будущем, когда восстановится родной флот, послужить на пользу государя и отечества. Вину сдачи я всецело принимаю на одного себя и т. д.”. Произнеся слова, полные скорби, со слезами в голосе, он закончил их едва слышным тоном. Все офицеры серьезно слушали, и когда речь окончилась, адмирал со своим штабом сел на наш эсминец и в 1 час 37 минут прибыл на “Микаса”».

По мнению большинства экспертов, адмирал Небогатов действовал вопреки Морскому уставу и традициям русского флота. У него было достаточно времени, чтобы собрать военный совет, который наверняка не принял бы решения о спуске Андреевского флага и сдаче корабля неприятелю, а скорее постановил бы «озаботиться об уничтожении кораблей – открыть кингстоны, быть может, подорвать дно, чтобы сделать это скорее и снабдить людей всем, что дало бы возможность продержаться на воде до подхода японцев, которые, конечно, приняли бы все меры для спасения команды», что уже было с командами потопленных ранее русских кораблей. Более того, никто из офицеров не возражал против приказа адмирала, хотя по уставу каждый давший присягу мог и не подчиниться позорному решению Небогатова…

Недостойно повел себя и раненый командующий эскадрой вице-адмирал Рожественский. Он передал командование Небогатову и перешел с горящего флагманского броненосца «Суворов» сначала на миноносец «Буйный», а потом – на миноносец «Бедовый», который в сопровождении миноносца «Грозный» взял курс на Владивосток. Как сообщал «Русский правительственный вестник», 15 мая в 10 часов «вахтенный начальник О’Бриен де Ласси приказал сигнальщику Сибиреву приготовить белый флаг. Сибирев спросил: “Почему же надо сдаваться?” На что Ласси ответил, что это приказание адмирала».

Когда вскоре на горизонте появились дымки – это подошли два японских миноносца, – то русские миноносцы, вопреки ожиданиям экипажа, не приняли боя:

«По словам матроса Савича, капитан 2-го ранга Баранов, придя к адмиралу, спросил, открывать ли огонь при появлении неприятеля? Адмирал ответил в том смысле, что необходимо, не открывая огня, сдаться в плен, и прибавил передать сигналом на “Грозный” – “Идти во Владивосток”. Около 3 часов 25 минут с первым выстрелом с неприятеля “Бедовый” застопорил машины, по приказанию начальника штаба был поднят сигнал “Имею тяжелораненого”, а одновременно по приказанию командира был спущен кормовой флаг и поднят белый флаг и флаг Красного Креста. “Грозный”, видя, что “Бедовый” сдается, стал уходить полным ходом и вступил в бой с нагонявшим его эсминцем типа “Кагеро” и после 2 часов боя его утопил… Команда “Бедового” подняла необыкновенный шум, кто брался за ружья, кто направлял орудия в неприятеля, не желая слушаться, что не будет боя и громко выражал неудовольствие криками; офицеры успокаивали команду, говоря, что они берут ответственность на себя… что жизнь адмирала важнее миноносца…»

При этом видно, что Рожественский уже давно задумал сдачу: при переходе с «Буйного» на «Бедовый» первое, что он спросил у командира: «У вас нет белого флага?»

Впрочем, в те страшные дни были и другие примеры поведения командиров. Так, крейсер «Изумруд», шедший вместе с отрядом Небогатова, не подчинился приказу о сдаче и дал полный ход в свободную от неприятеля сторону. За ним погнались три японских крейсера, но не догнали…

В японском «Описании» после описания сдачи отряда Небогатова сказано: «Около 3 часов дня с юга показался броненосец “Ушаков”, для уничтожения его были посланы “Ивате” и “Якумо”». Дело в том, что этот старый тихоходный броненосец «Ушаков», удачно отразивший все минные атаки, шел вслед за отрядом Небогатова и в 16 часов 30 минут увидел на горизонте японскую эскадру, от которой отделились и направились к нему два броненосных крейсера. Издали один из них сообщил капитану «Ушакова» Миклухо-Маклаю о сдаче эскадры адмирала Небогатова. Однако Миклухо-Маклай не стал дожидаться разбора сигнала и сказал: «Довольно! Открывайте огонь!». Борьба была неравной, и когда броненосец получил серьезные повреждения, капитан приказал открыть кингстоны, и в 18 часов корабль затонул вместе с капитаном, отказавшимся его покинуть. Подошедшие японцские корабли подобрали большую часть команды (339 человек из 422).