Страницы истории

Путинский поворот к Западу

В принципе для России открываются три возможности: (1) выступить в роли инициатора создания союза периферийных стран, противостоящего ортокапиталистическому центру, (2) попытаться занять нейтральную позицию, (3) стать союзником Запада. Но второй вариант по существу отпадает. России реально можно выбирать лишь между первым и третьим вариантами.

В России правит компрадорская буржуазия. Именно она вынудила В.В. Путина принять грефовскую сверхлиберальную экономическую стратегию, обрекающую Россию на полную зависимость от ортокапиталистического центра, а ее народ — на беспросветную нищету. Уже это само по себе, даже без дальнейшего давления олигархов, сделало неизбежным поворот во внешней политики России. Если же принять во внимание, что такое давление продолжалось, то понятно, что вопрос стоял лишь о том, когда В.В. Путин открыто объявит об этом. Это случилось после взрывов 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке и Вашингтоне.

«Демократические» публицисты, являющиеся верными лакеями олигархов, давно уже говорили о необходимости нашей власти сделать окончательно выбор. Вот что, например, писал еще в феврале 2001 г. известный журналист Леонид Радзиховский: «С кем же идти власти — с антизападным большинством или прозападным меньшинством? Вот вопрос, от которого Путину не спрятаться. Не коммунальная реформа, не земельная, ни судебная, не военная являются решающим вопросом нашей политики. Каждая из этих реформ — часть общей мозаики. Эти реформы можно вести так или иначе в зависимости от ответа на «основной вопрос философии»: какую общую систему Путин хочет построить в России? И здесь естественно два реальных ответа. Или сознательно строить «прозападную» систему — экономическую, социальную политическую... Тогда надо, ломая свои комплексы и комплексы Запада, в третий раз (после Горбачева и раннего Ельцина), не пытаться бороться с ПРО или с расширением НАТО, а, наоборот, по возможности приветствовать это, понимая, что таковы национальные интересы России. Эти интересы в одном — поскорее стать частью того самого Запада... Или продолжать играть в подростковые игры и почаще публично «разворачивать самолеты над Атлантикой». Реально мы все равно будем плестись за Западом... Мы можем оставаться гордой и независимой помойкой Запада. Но третьего пути просто нет».

Чуть позднее, в апреле, анализируя послание президента, Л. Радзиховский пришел к выводу, что В.В. Путин уже сделал выбор в пользу Запада, причем давно. Просто он был вынужден, чтобы прийти к власти и закрепиться, притворяться. Прежние попытки интеграции в западный мир кончились провалом. «Отсюда, — пишет Л. Радзиховский — вымученный мазохистский патриотизм последних лет. Именно на волне этого, не до конца отрефлексированного, но мощного настроения Путин и пришел к власти. Многие видели в нем «национально-государственническую» альтернативу «западнику» Ельцину. Путин, как мог, поощрял эти иллюзии. А вот когда прошел год, тогда он и ответил своей по внешности аполитичной, сухой, конкретной речью этим своим «горячим сторонникам»: товарищи, вы ошиблись дверью (как ошибаетесь все последние 15 лет). Мне на Запад. А вам куда?». Но как отмечает Л. Радзиховский, все это было тогда сказано между строк. В сентябре все стало на место.

В.В. Путин полностью оправдал надежды олигархии, надежды СПС и «Яблока» — поворот к Западу был свершен. И что же теперь может от него ждать Россия?

Чтобы понять это, прежде всего нужно выяснить какими же были результаты первой и второй попыток поворота к Западу. Л. Радзиховский, нужно отдать ему должное, довольно откровенен. «В 1987 — 1997 годах от СССР — России Запад, — пишет он, — требовал двух вещей: разоружиться (и развалиться) и одновременно показать, что русские медведи могут кое-как сидеть за столом, чистить зубы, в общем, могут отдаленно напоминать людей. При соблюдении этих условий голодной России совали какие-то объедки с «большого стола». А когда Россия разоружилась, ей сказали, что зубы у нее все равно желтые и в дальнейших поставках объедков стали отказывать».

Гарантию успешности третьего захода, Л. Радзиховский видит в осознании США того, что им без поддержки России в борьбе с опасностью, исходящей от «третьего мира» не обойтись. Доля истины в этом рассуждении содержится. Новая администрация США начала свою внешнеполитическую деятельность с довольно жестких заявлений в адрес как России, так и Китая. Но в последующие месяцы тон, по крайней мере, в отношении России, начал меняться.

Еще до прихода к власти новой администрации и как напутствие ней 18 декабря

2000 г. был опубликован доклад «Глобальные тенденции 2015 года», составленный группой авторитетнейших американских неправительственных экспертов. В нем, в частности, говорилось о том, что США в ближайшем будущем столкнуться с геостратегическим союзом Россия —Китай —Индия, международной коалицией террористов и взрывом на Ближнем Востоке. Вначале от него, по-видимому, отмахнулись. Но затем в апреле

2001 г. последовала известная история с американским разведывательным самолетом, столкнувшимся с китайским истребителем, получившим повреждения и вынужденным приземлиться на о. Хайнань. Администрация США, начавшая чуть ли не с ультиматумов и посылки военных кораблей, столкнувшись с жесткой и одновременной выдержанной позицией китайских властей, вынуждена была пойти на попятный. По существу США капитулировали, приняв все китайские условия. Им четко и недвусмысленно показали, что они если и хозяева, то, во всяком случае, не во все мире.

В результате США стали принимать меры, чтобы указанный союз не состоялся. С Россией стали говорить значительно мягче. После первой встречи В.В. Путина и Дж. Буша (Любляна, июнь 2001 г.) последний заявил даже, что Россия теперь не только партнер, но и союзник. Однако советник президента США по национальной безопасности Кондолиза Райс сразу же разъяснила, что ни о каком «союзничестве» ни в дипломатическом, ни в политическом плане речи быть не может. После взрывов в Нью-Йорке и Вашингтоне в умах руководителей США, по-видимому, все же окончательно оформилась мысль об использовании России в качестве силы, которая помогала бы держать в повиновении периферию. Как писал Л. Радзиховский: «Западу позарез нужна прозападная Россия как «жандарм для Азии»».

России дали понять, что США готовы рассматривать ее не только как партнера, но и союзника. У российского руководства «от радости в зобу дыханье сперло». В.В. Путин поторопился поддержать американскую акцию в Афганистане, дал добро на использование американцами военных баз в Центральной Азии (Узбекистан, Киргизия, Таджикистан), заявил о закрытии крайне досаждавшего американцам Центра радиоразведки в Лурдесе (Куба). Генерал-полковник Л.Г. Ивашов рассказывает, что когда удивленный заявлением В.В. Путина о закрытии Центра в Лурдесе Ф. Кастро обратился к находившемуся на Кубе главе президентской администрации А. Волошину с просьбой объяснить ему причины, последний откровенно признался: таков приказ из Вашингтона, об отказе от когда-то созданной американцами военно-морской базы в бухте Камрань (Вьетнам). Возможно, по своей наивности ожидал, что американцы в знак благодарности сделают встречные шаги, будут рассматривать Россию как равную им по статусу державу, может быть даже пойдут на сокращение внешнего долга. Но если у него такие надежды, то они совершенно не оправдались. Например, на закрытие РЛС в Лурдесе, американцы ответили разворачиванием в восточной Латвии мощной радиолокационной станции, призванной следить за небом над Россией. Создаются еще две такие РЛС: одна в той же Латвии, другая — в Эстонии. Последняя в марте 2003 г. вступила в строй.

Не помогло и фактическое согласие В.В. Путина на расширение НАТО на восток. Вот что он сказал в Нью-Йорке в интервью местной радиостанции NPR, отвечая на вопрос ведущего об отношении России к включению в НАТО стран Восточной Европы, включая Балтию: «Мы, разумеется, не собираемся говорить людям, что им делать. Мы не можем запретить людям делать соответствующий выбор, если они хотят повысить уровень своей безопасности определенным образом... Если мы изменим качество, формат отношений между Россией и НАТО, тогда, как я думаю, расширение НАТО перестанет быть вопросом, оно просто не будет заслуживать внимания».

«Медовому месяцу» отношений между Россией и США быстро пришел конец. Как пишут все наши публицисты, включая «демократических», российских президент, будучи готов дать согласие на фактический отказ США соблюдать договор о ПРО, настаивал на хотя бы чисто «символическом» его сохранении. Но, невзирая на все его увещевания, Дж. Буш принял другое решение. 13 декабря 2001 г. посол США в Москве Александр Вершбоу в 17 часов по московскому времени посетил первого заместителя министра иностранных дел России Александра Авдеева и передал ему официальное уведомление об одностороннем выходе Соединенных Штатов из договора по ПРО 1972 года.

Во всем мире политики и публицисты, от крайне проамериканских до антиамериканских, от левых до правых расценили это как «публичную пощечину» России, как «плевок» в лицо мировому сообществу и, в первую очередь, В.В. Путину. Известный своими прозападными симпатиями обозреватель Павел Фельгенгауэр писал, оценивая американский ход: «...В Вашингтоне решились на грубую (впервые в мировой истории) денонсацию международного соглашения по ограничению ядерных вооружений, очевидно, в первую очередь для того, чтобы поставить Россию на место».Российский президент тихо утерся.

А затем плевок последовал за плевком: Дж. Буш заявляет о намерении США в ближайшем будущем возобновить испытания ядерного оружия; Россия была оставлена в списке стран, которые официально подозреваются в распространении оружия массового поражения, а поэтому на нее распространились ограничения на поставку высоких технологий; заблокированы счета российских организаций, ведущих дела с неугодными США странами, прежде всего Ираном; введены по сути запретительные пошлины на российскую сталь; после нескольких месяцев затишья госдепартамент США снова выступил с резкими заявлениями по поводу нарушения прав человек в Чечне и потребовал вступить в переговоры с мятежниками; посланцам Аслана Масхадова были вновь устроены встречи и с представителями госдепартамента США и официальными деятелями ПАСЕ; было официально выражено разочарование по поводу ситуации вокруг ТВ-6; американские дипломаты демонстративно участвуют в пикете, связанном с делом Г. Пасько, осужденным по обвинению в государственной измене, американские военные появляются и прочно оседают в Грузии, 9 марта в газете «Лос-Анжелес тайме» публикуется секретный доклад Пентагона «Обзор ядерной политики», в котором Россия фигурирует в списке из 7 стран (другие шесть — КНДР, Ирак, Иран, Сирия, Ливия, Китай), на которые нацелены американские ракеты с ядерными зарядами, причем, как подчеркивается в документе, не только ради сдерживания, но и для ведения войны, сенат США отказался отменить поправку Джексона-Вэника и т.п.

Российскому президенту не позавидуешь: он не успевает утираться. А действительно, почему бы Америки и не поупражняться в плевках. Ведь сам же В.В. Путин в интервью в Нью-Йорке сказал, что чтобы Дж. Буш ни сделал, «не при каких обстоятельствах это не приведет к каким-либо трениям между Россией и Соединенными Штатами». А когда его попросили высказаться по поводу появления американских военных в Закавказье, он заявил: «Никакой трагедии нет и быть не может. Почему в Средней Азии можно, а в Грузии нельзя?»

На протяжении весьма краткого промежутка времени России было продемонстрировано то, что всем здравомыслящим людям было понятно уже давно. Америка уважает только силу и считается только с силой. Всякие уступки, особенно безвозмездные, она расценивает как проявление слабости и начинает обращаться с такой страной совершенно по-хамски даже тогда, когда в конечном счете это может обернуться ей большими неприятностями. Пытаясь заручиться дружбой с США, российский президент пошел на большой риск, ибо не только основная масса населения России, но и определенная часть руководящих кругов, особенно военные, настроена резко антиамерикански. В этих условиях российскому президенту было крайне важно убедить, что Россия стала уважаемым и равноправным союзником Америки и что этот союз уже приносит и в дальнейшем принесет стране большие дивиденды.

Руководство же США сделало все, чтобы убедить людей в противном. Хорошо информированный старший аналитик агентства ЮПИ Мартин Сиф писал в статье, распространенной 18 марта 2002 г., что среди ведущих чиновников в области внешней и оборонной политик администрации Буша в последнее время взял верх «опасный подход» к России (вернее к ее руководству) : «Вы более ничего для нас не значите. Но тогда, когда что-то значите, в любом случае будете делать только то, что вам будет сказано делать».

США, возможно, и правы, полагая, что В.В. Путин теперь никуда не денется. Ему трудно свернуть с проложенного пути. Он вынужден будет продолжать делать уступку за уступкой и утираться после каждого очередного американского плевка. Но ведь В.В. Путин не вечен. Как видно, американское руководство нисколько не умнее нашего. Отличие лишь в том, что может действовать с позиции силы. К нему вполне можно применить поговорку: «Сила есть, ума не надо».

Таким образом, России дали понять, что они никогда не станет равноправным союзником США, ее участь быть подручным, холопом Запада. Надо сказать, что этого не отрицают и самые ярые из наших поборников западной ориентации. Вот что пишет Л. Радзиховский: «Геополитическая судьба России неизменна 1000 лет: «Мы как послушные холопы, / Держали щит меж двух враждебных рас / Монголов и Европы». Уйти от этой судьбы России некуда — из своей шкуры не вылезешь...».p>

Возвращаясь к этому вопросу в конце января 2002 г., когда российский президент за все свои заслуги перед США получил от американского руководства массу затрещин, Л. Радзиховский отмечает, что сейчас новую внешнюю политику В.В. Путина обсуждают в терминах: «успех или провал?». Это связано, по его мнению, с тем, что после путинского поворота «вся пишущая братия, как водится, впала в эйфорию», ожидая за наши уступки американцам «взамен нечто неведомое, но невыразимо прекрасное». А вместо этого последовали пощечина за пощечиной. В результате эйфория сменилась раздражением и последовали очень аккуратные, очень осторожные, тем не менее критические статьи в адрес внешней политики Путина.

Прежде всего следует сказать, что эйфория охватила не всю пишущую братью, а только «демократическую». Левая патриотическая печать с самого начала выступила с критикой, причем далеко не «аккуратной», путинского поворота, охарактеризовав новую внешнюю политику президента как антинациональную, предательскую и заранее предсказав ее печальные результаты. Но по-видимому для Л. Радзиховского левой патриотической печати не существует. Он знает только свою, родную ему «демократическую», т.е. служащую олигархами, «пишущую братию».

Как указывает Л. Радзиховский, у него эйфории не было. Он заранее знал, что равноправных партнерских отношений между Россией и США в принципе быть не может. Самое лучшее, что нам светит, — стать «младшим партнером» США. Но и это положение получить не просто. «...Американцы совершенно не рвутся предоставить России статус своих хотя бы младших союзников». Положение холуя США нужно еще заслужить. Единственный путь — смирение, терпение и покорность. «Может быть, на жестоковыйных янки не повлияет и такое наше смирение, они по-прежнему будут нас в чем-то подозревать, буду и дальше коснеть в своей русофобии. Может быть. Но это означает только одно — надо будет сделать еще одни шаг в их сторону. Вот и все. Нам не нужно бояться что-то сдать Западу. Все, что реально что-то стоило, мы давно «сдали»... Нам нужно не считаться с США «шагами» (как подростки считаются звонками), а набраться терпения и смирения — и идти на Запад». Нельзя противостоять США «ни по одной позиции». Нужно не только противиться, но, наоборот, приветствовать и торопить закрепление США в Средней Азии, вступление в НАТО не только Прибалтики, но и Украины.

Ну допустим, что США в конце концов, когда мы все полностью сдадим, смилуются над нами и примут нас в слуги. Что же мы тогда получим? Насколько Л. Радзиховский красноречив в агитации за полную капитуляцию России перед США и Западом вообще, настолько он сдержан в обрисовке той награды, которую она получит. Россия войдет в западную систему. Допустим. Но ведь, как уже показал Л. Радзиховский, войдет она туда в качестве не равноправного партнера, а холопа. Это, уверяет он, даст возможность подняться экономически и политически. Полная потеря политической независимости, превращение страны в колонию — всегда политическое и экономические падение, а не подъем.

В одной из более поздних статей Л. Радзиховский уныло признает, что в обмен на все свое холуйство Россия до сих пор ничего от США не получила. «Что же делать? Может все-таки решиться не останавливаться с обиженным выражением на полпути, а закусить губу и идти до конца — опять и опять доказывать США, что мы их союзники, «набиваться в союзники»? Малоприятное занятие. Малопочтенное занятие. Малорезультативное занятие. Гневно осуждать его легко. Но альтернативу ни один умник не придумал. Дорога на Запад, дорога к США. Дорога без конца?»

Надежду на экономический подъем России с помощь Запада выражают многие «демократы. Уже известная нам И.М. Хакамада в своем выступлении на заседании «круглого стола» аналитической программы «Постскриптум» изложила внешнеполитическую доктрину Союза правых сил (СПС). Суть ее заключается в том, что прозападный курс соответствует национальным интересам России, ибо только благодаря Западу мы сможем войти в глобальную цивилизацию, обеспечить прорыв в область наукоемких технологий.

Заявление более чем нелепое. Ведь хорошо известно, что сейчас западные страны принимают все меры для того, чтобы не допустить на мировой рынок те российские предприятия, которые производят технику, не уступающую западной или превосходящую ее. Вот что писал по этому поводу выдающийся физик, математик, инженер, действительный член РАН Борис Викторович Раушенбах (1915 — 2001) : «Не надо думать, что на Западе нас любят. Это наивно. Везде, где мы обогнали Запад, нас зажимают, не дают выйти с конкурентоспособной продукцией на рынок. Это касается ракетостроения, атомной промышленности, других наукоемких областей. Говорю определенно: как только мы выходим на мировой рынок с продукцией лучше западной или не уступающей ей, так нам сразу же «перекрывают кислород». Мало создать конкурентоспособную продукцию, надо завоевать рынок. А нас пускают только на рынок сырья».

Конкуренты странам центра не нужны. Не для того Запад затратил столько сил, чтобы столкнуть Россию в трясину периферийного капитализма, чтобы затем помочь ей оттуда выбраться. Напрасны и выражаемые некоторыми «демократами» надежды, что Запад спишет нам долги. Не для того на Россию набросили долговую петлю, чтобы затем ее снять. Ни о каком прощении долгов России не может быть речи. Как еще довольно давно писал один «демократический» публицист: «Россия не может позволить себе роскошь стать антизападной страной по одной простой причине — мы являемся страной-должником в большей степени, чем страной-кредитором».

Совсем недавно Запад категорически отказал России даже в реструктуризации внешнего долга. И понятно почему. Экономическое положение России в 1999 — 2001 гг. несколько улучшилось. И если пойти ей навстречу, то она может использовать дополнительные средства на промышленный рост. Вот когда положение значительно ухудшится и страна начнет задыхаться, то тогда петлю несколько ослабят, чтобы снова затянуть ее, когда ситуация станет более благоприятной. Западу опасна самостоятельная Россия, но и не нужна и совершенно задушенная, мертвая. Он старается держать ее в полузадушенном состоянии с веревкой на шее, которую всегда можно в нужный момент затянуть до нужного уровня.

Аргумент, приведенный, кстати, Л. Радзиховским, — если Россия не пойдет на союз с Западом, она окажется под новым «монгольским игом», ее просто растопчут «копыта всадников». Азия вообще, Китай и мусульманские страны в первую очередь, — главная опасность для России, которой невозможно противостоять без опоры на Запад. На это можно сказать только одно. Если Россия станет жандармом Азии на службе у Запада, как Л. Радзиховский рекомендует в статье «Жандарм Азии», тогда страны этой части света действительно могут превратиться в ее врагов. Это признает в другой статье тот же самый автор: «Конечно, тактически нам такой пакт (с США. -Ю. С.) страшно невыгоден — мы теряем экономически связи в том же Ираке, резко увеличивается вражда к нам со стороны арабского мира. Прямой военно-полицейский союз с США (об Израиле я уж не говорю) — и мы становимся врагами № 1, и «козлами отпущения» почище самих США». Если же она вступит в союз с Китаем, Индией, Ираном, Ираком то никакая сколько-нибудь серьезная угроза исходить для нее из Азии не будет.

Запугиванием угрозой со.стороны Азии вообще, Китая прежде всего стало привычным мотивом в «демократической» прессе. Политолог Владимир Фролов категорически утверждает, что внешнеполитический курс Е.М. Примакова был опасен для России, ибо концентрировал внимание на «вымышленной угрозе с Запада» и игнорировал «более реальные угрозы с Юга» и «перспективные озабоченности на Востоке (рост военной мощи Китая) ».

Доводя подобные мысли до логического конца военный обозреватель П. Фельгенгауэр требует, чтобы Россия ликвидировала свой Северный флот, ибо вся его огневая мощь направлена против США. Взамен нужно нацелить наши ракеты с ядерными боеголовками на Китай и Пакистан. Пакистан, конечно, упомянут лишь для маскировки, а Китай — всерьез. В.В. Путин сейчас действительно предпринял действия, направленные на ослабление Северного флота. Снято все его руководство, причем, как пишется в печати, прежде всего за неприязнь к американцам и патриотические настроения. Первый шаг сделан.

Еще дальше в том же направлении, что и П. Фельгенгауэр заходит заведующий аналитическим отделом Института политического и анализа Александр Храмчихин, который без всяких обиняков заявляет: «Да, Китай наш главный стратегический противник. Он представляет для нас главную угрозу, причем и ядерную, и обычную. Поэтому вступление в НАТО позволило бы нам решить не только проблему Америки, но самое главное — проблему Китая: воевать со всем НАТО китайцы не будут: они тоже люди прагматичные».

Известный «демократ», доктор исторических наук Юрий Николаевич Афанасьев категорически требует развивать сотрудничество с «цивилизованным миром», под которым он понимает исключительно лишь страны Запада, и перестать «якшаться со «странами-изгоями», продавать оружие Ирану, подрывать международные санкции против Ирака, обниматься с руководителями Северной Кореи, вынашивать бредовые идеи оси «Москва-Пекин-Дели». Одним росчерком пера все незападные страны, включая Россию, лишены права считаться цивилизованными. Как уже отмечалось, это — обычная позиция российских «демократов».

Главная идея, которую усиленно пропагандируют «демократы» заключается в том, что Россия сейчас не в состоянии противостоять Западу, не в состоянии предотвратить ни выход США из договора по ПРО, ни расширение НАТО на Восток и т.п. Она может протестовать, махать кулаками, может изображать возмущение, но никто считаться с этим не будет. Она только станет всеобщим посмешищем. Так не лучше ли смириться, сделать хорошую позу при плохой игре, и может быть Запад в награду за послушание что-нибудь России и подбросит. Нужно добиваться улучшения отношений с США, а для этого нет другого способа кроме как принять ее точку зрения по всем фундаментальным проблемам (договор по ПРО, расширение НАТО и т.п.)..

Нужно торопиться капитулировать, иначе будет хуже. Об этом пишет Л. Радзиховский. Похоже развиваются мысли Александром Евгеньевичем Бовиным, когда-то Смелым публицистом, неоднократно нарушавшим цековские табу, а теперь ставшим смиренным холуем олигархов, готовым за деньги писать всё, что прикажут. Об этом говорила и И.М. Хакамада, излагая внешнеполитическую программу СПС, об этом пишут и другие «демократические» публицисты.

И до взрывов в Америке некоторые наши «демократы», в частности Л. Радзиховский, пропагандировали идею ограничения суверенитета государств в пользу «международного сообщества». После этого события их усилия удвоились и приняли новую окраску. Как пишет тот же самый Л. Радзиховский, в новых условиях «речь идет об ограничении национально-государственного суверенитета в самой болезненной сфере — военной, сфере безопасности».Но если он раньше ратовал за ограничение национального суверенитета в пользу «международного сообщества», то теперь он предельно откровенен: военный суверенитет всех стран должен быть ограничен «не в пользу ООН (то есть «никого»), а в пользу вполне конкретных США. Кроме них, сегодня роль абсолютно необходимого мирового жандарма играть некому». В заключение автор говорит о неизбежности движения человечества к единому мировому правительству, которое, как явствует из предшествующей части статьи, будет американским и никаким другим.

Те же идеи, но под демократическим флёром развивает доктор исторических наук Дмитрий Ефимович Фурман. «Ясно, — пишет он, — что ответом на все более глобальные угрозы нашему все более единому и хрупкому миру может быть лишь создание целостной системы всемирной власти, — в конечном счете единое мировое государство. Это — четко обозначившаяся «повестка дня» XXI века. Процесс его становления уже идет». «В конечном счете этот процесс должен привести к возникновению всемирного демократического общества, где будет осуществлен принцип «один человек — один голос». Только такое общество соответствует нашим ценностям и только такое общество может дать действительно порядок». Прочитав такое, хочется плакать от умиления.

Однако дальше сразу же следуют слова: «Но хотя конечная цель может быть только такой, процесс создания всемирного государства предполагает элементы патернализма и диктат, навязывания либеральным меньшинством тех норм, без соблюдения которых погибнут все. Цивилизованный мир неизбежно должен выступить сейчас в авторитарной роли полицейского, учителя, «цивилизатора». Иного пути просто нет».

Таким образом, под покровом демократических фраз нам предлагается новый вариант знаменитого «бремени белого человека». За маской демократа и гуманиста скрывается апологет ультраимпериализма, неоколониализма. Кстати, об этом неплохо сказал С.Н. Кондратов. Признавая нынешнюю борьбу против терроризма необходимой, он далее предупреждает, что она «превратится в ширму для укрепления мировой гегемонии США под знаменем всепобеждающего учения — глобализма-империализма». Вот обоснованием и пропагандой этого учения и занимается Д.Е. Фурман.

Назови его идеологом нового фашизма, он, конечно, обидится. Но ведь по существу между гитлеровской концепцией «нового порядка» в мире, при котором подавляющее большинство населения Земли должно гнуть спины на избранное меньшинство, и пропагандируемой им идеей нет никакого принципиального различия, разве только нацисты не называли эксплуататорское меньшинство либеральным.

Кстати сказать, гитлеровцы не ограничивали избранное меньшинство только немцами. Они были готовы допустить в его состав датчан, шведов, норвежцев, фламандцев, голландцев, англосаксов, итальянцев, испанцев, часть французов, а из неевропейских народов — японцев, но, разумеется, при условии безоговорочного признания гегемонии за немцами. И сейчас в избранное меньшинство, в «золотой миллиард» должны входить те же самые народы, но при признании руководящей роли за американцами. Но какое презрение питает наш «демократ» и «гуманист» к народам периферии. Все они не относятся к числу цивилизованных людей. Кто же они такие — дикари, варвары? Кстати сказать, отнесение к цивилизованному миру только стран Запада — общее место в статьях и книгах всех наших «демократов».

Д.Е. Фурман утверждает, что глобальный террор делает необходимым и неизбежным создание мирового правительство. Дело обстоит как раз наоборот: именно стремление Запада установить свое полное господство над миром с неизбежностью породило сопротивление, которое приняло в числе других и такую форму, как глобальный террор.

Выше уже упоминался вопрос о сокращении стратегических арсеналов России и США. Российское руководство выразило желание сократить число ядерных боеголовок на межконтинентальных ракетах наземного и морского базирования с 6000 до 1500, американское — с 7000 до 1700 — 2200. Во время встречи в ноябре 2001 г. в Техасе Дж. Буш продолжал настаивать на том, чтобы не оформлять грядущее сокращение стратегических ядерных вооружений в виде договора, соблюдение которого обязательно для обеих сторон. По его мнению, вполне достаточно простого заявления каждой из двух сторон и рукопожатия двух президентов. Российский президент на это не согласился. Он считал, что необходимо детально зафиксировать договоренности и меры контроля на бумаге. Было решено продолжить переговоры на уровне дипломатических и военных ведомств обеих стран.

14 января 2001 г. начался первый раунд российско-американских консультаций по выработке совместных договоренностей по этой проблеме. Но буквально накануне администрацией США был направлен в конгресс доклад о пересмотре ядерной стратегии США, в котором предусматривается сохранение значительной части демонтируемых ядерных зарядов в боеготовом резерве. Это еще одна пощечина В.В. Путину. Ведь российское руководство исходило из того, что сокращения СНВ должны быть не только проверяемыми, но и необратимыми.

Уже тогда все трезвомыслящие наблюдатели предсказывали, что если Россия будет продолжать категорически настаивать на своем, т.е. на заключении детального договора, включающего положение о ликвидации сокращаемых ядерных боеприпасов, то переговоры кончатся ничем. Возможен лишь вариант, при котором подписывается самое общее заявление, где все спорные вопросы обходятся.. Это по сути будет означать полную капитуляцию России. Уже тогда зарубежные наблюдатели считали, что В.В. Путин готов смириться с этим.

В беседе с корреспондентами английской газеты «Файнэншл таймс», состоявшейся в день, когда Дж. Буш объявил о выходе из договора по ПРО, на вопрос о том, что произойдет, если США откажутся от юридически обязательного договора с Москвой о сокращении числа боеголовок, В.В. Путин ответил: «Это будет зависеть от конечного результата, которого мы достигнем. Это зависит от пути, по которому мы развиваем наши отношения. Если отношения между Россией и Западом, Россией и НАТО, Россией и США продолжат развиваться в духе партнерства и даже союзничества, никакого ущерба нанесено не будет». Английские корреспонденты так комментируют эти слова: «Это не то, что должно ожидать от лидера ядерной державы на самой ранней стадии длинного и сложного процесса переговоров по разоружению. Они лишь усиливают впечатление, что Путин в большей степени заложник, чем мастер собственной политики. Поставив Россию практически на односторонний новый прозападный курс, у него нет другого выхода, как делать хорошее лицо при любом варианте развития событий».

Но главное даже не в этом. Стремление российского руководства вести переговоры о сокращении стратегических вооружений, предусматривающее уменьшение числа ядерных боеголовок на российских носителях до 1500 имело еще какой-то смысл до выхода США из договора по ПРО, хотя и это весьма спорно. Во всяком случае какие-то аргументы в пользу этого можно было наскрести. Но после решения США такое намерение российского руководства является либо прямым безумием или откровенным предательством интересов страны.

Как просчитали американские специалисты, и в этом отношении с ним согласны и российские, когда американцами создадут первую очередь НПРО, то она будет способная перехватить 1500 боеголовок, но не больше. В своем заявлении по поводу решения США о выходе из договора по ПРО В.В. Путин заявил, что оно не создает угрозы для национальной безопасности России. Сейчас, пока у нас 6000 боеголовок, а НПРО в США не создано, это действительно так. Но когда через какой-то десяток лет НПРО в Америке будет создана, а у нас по решению президента останется всего лишь 1500 боеголовок, Россия окажется совершенно беззащитной перед США.

Наши «демократические» публицисты во всю заверяют, что США и НАТО никогда не нападут на нас. Пока, конечно, нет. Да и в последующем, вероятно, тоже. Ни один агрессор не стремится к войне самой по себе. Ему нужно добиться своей цели, скажем, подчинения или поглощения той или страны. И если намеченная жертва сразу же капитулирует, он воевать не будет. Гитлеровская Германия не воевала ни с Австрией, ни с Чехословакией. Не стала бы она воевать ни Польшей, ни с СССР, если бы эти страны сразу же сдались. Также и США и НАТО. Придвинувшись вплотную к ее границам, создав в соседних с ней странах свои военно-воздушные базы, в условиях, когда Россия не способна будет нанести ответный удар по американской территории, США будут навязывать ей свою волю. Россия окончательно станет колонией, причем такой, людские и военные ресурсы которой, будут использоваться колонизаторами для покорения остального мира.

Все это не ново. В армии древнего Рима, кроме римских легионов, входили войска союзников — вассальных государств. Англичане использовали войска, набранные из числа жителей колониальной Индии, — сипаев для подчинения все новых и новых стран. Но, вероятно, не нужно ждать ни создания в Америке НПРО, ни сокращения числа российских боеголовок до 1500. Российское руководство и сейчас готово превратить страну в колонию Запада. Кстати, американцы оправдывают свое стремление сохранить демонтированные боеголовки тем, что положение в мире может измениться по сравнению с сегодняшним, в частности, наращиванием ядерного вооружения займется Китай. Но главное, о чем они не говорят, это, конечно, страх, что в России могут прийти к власти силы, стоящие на защите интересов страны.

Если бы у нынешних правителей России сохранилась хотя бы капля разума и какая-либо толика ответственности за судьбу страны, то единственный выход из существующего положения был бы тот, который содержится в статьях Федерального закона о ратификации договора СНВ-2. Там говорится, что в случае отказа США от договора о ПРО 1972 г. договор СНВ-2 теряет силу. В.В. Путин, который в своей речи на заседании Госдумы, стремясь убедить депутатов ратифицировать договор, пообещал, что в случае нарушения США положений договора по ПРО Россия выйдет не только из СНВ-2, но, возможно, из других соглашений, связанных и с ядерным оружием и с другими вооружениями, сейчас ведет себя так, как если бы никакого такого заявления и в помине не было. Это можно объяснить только допустив, что он в угоду США не собирается его выполнять.

Насущно необходимо было прекращение всяких переговоров о сокращении стратегических вооружений. Россия должна самостоятельно решать эти вопросы, представив США действовать таким же образом. Будут ли они сокращать боеголовки или нет — это их внутреннее дело. России нужно прежде всего сохранить и модернизировать сохранившиеся пока у нее ракеты наземного базирования с разделяющимися головными частями индивидуального наведения (РГЧ ИН), которые мы были обязаны уничтожить согласно СНВ-2, прежде всего ракеты Р-36М, известные на Западе как СС-18 или «Сатана». От этих ракет, каждая из которых несет 10 боеголовок и несколько ложных головных частей, и других еще сохранившихся носителей с РГЧ ИН в отличие от моноблочных «Тополей-М», которые ставятся сейчас (вернее, ставились, ибо постановки их к настоящему времени практически прекратилась), не способна защитить никакая американская ПРО.

Нельзя не отметить, что уже тогда, когда стало ясным, что США в ближайшее время выйдут из договора по ПРО, у нас продолжалось уничтожение СС-18 и шахт, в которых они находились. Более того. СС-18 продолжали уничтожаться и после объявлении о выходе США из договора по ПРО. Например, в конце мая 2002 г. близ г. Карталы была снята последняя из находившихся там ранее 6-ти таких ракет, а пусковая шахта взорвана. Это что — глупость или преднамеренное предательство?

Причем совершенно не нужно действовать так, как это было в советское время, когда в ответ на создание США такого количества ракет, которые были способны несколько раз уничтожить нашу страну, мы наращивали силу, способную уничтожить США тоже несколько раз. Вполне сейчас достаточно иметь столько носителей и столько боеголовок, чтобы даже при наличии самой совершенной американской НПРО, они были способы с гарантией уничтожить США всего лишь один раз. Если дело будет обстоять именно так, мы будем полностью избавлены от угроз со стороны США и НАТО.

И, наконец, если Россия своими силами не будет способна создать такое количество стратегического оружия, которое гарантировало бы ее безопасность от США, то ей нужно объявить о выходе из договора о нераспространении ядерного оружия. Тогда Россия вместе с ее союзниками из числа периферийных стран будет обладать таким арсеналом, перед которым не устоит никакая НПРО.

Но все эти рассуждения имели бы смысл, если в России была бы верховная власть, руководствующая интересами страны. Нынешняя же власть способна только на капитуляцию перед Западом. Если подвести итоги «медового месяца» отношений России с США, то можно только поражаться тому, как много наша страна за этот краткий срок потеряла: пришел конец договору по ПРО, она лишилась станции в Лурдесе (последняя была поспешно демонтирована уже к концу января 2002 г.) и базы в Камрани (столь же поспешно покинутой), причем США тут же выразили желания взять ее в аренду, США расположились не только в Афганистане, но проникли в Среднюю Азию, потеснив (а по сути — вытеснив) Россию, а затем и в Грузию.

Завершением цепи капитуляций было подписание в время визита Дж. Буша в Москву 24 мая 2002 г. Договора о сокращении стратегических наступательных потенциалов (СНП). По форме Вашингтон пошел на уступки Москве: вместо устного соглашения между президентами был подписан договор, который, подлежит ратификации законодательными учреждениями обеих стран. Но по существу, как и ожидалось, Россия сдала все свои позиции. Об этом пишет не только зарубежная и левая отечественная печать. Не могут не признать это и те «демократические» публицисты, которые в какой-то степени дорожат своей репутацией.

Вот, например, мнение крайне прозападно настроенного военного обозревателя П. Фельгенгауэра. «По сути, однако, — пишет он, — получилась филькина грамота в три страницы длиной. В то время как, скажем, договор СНВ-1 — это сотни страниц мелкого шрифта с техническими приложениями, определяющими порядок и график сокращения конкретных систем, меры проверки, методы подсчета боеголовок и т.д. Новый «договор» состоит из сравнительно большой преамбулы, которая содержит словесную шелуху о том, что стороны осознают свою ответственность перед человечеством» и т.д. Собственно договор — страничка текста, в котором сказано, что к 2012 году США и Россия оставят себе по 2200 — 1700 боеголовок вместо нынешних 5000 — 6000. Но нет ничего о том, какие конкретно системы и когда будут сокращены, каков механизм подсчета боеголовок. О проверке соглашения лишь упомянуто, что до 2009-го будет использоваться механизм инспекций на местах из договора СНВ-1. Но потом срок действия договора СНВ-1 кончится, а что дальше — неизвестно. Поскольку нет метода подсчета боеголовок и нет определения, что такое «одна боеголовка», можно, скажем засчитать ядерную подлодку, способную нести почти 500 боезарядов, в качестве одной или 10 «боеголовок», если заряды временно снять и складировать. По сути американцы (как, впрочем, и Россия) смогут сформировать свою наступательную ядерную триаду так, как сочтут нужным, и новый договор их никак не связывает. К 2012 году США будут иметь не 2200, а, по оценкам американских специалистов, 4500— 4600 реальных боевых блоков, либо уже развернутых, либо готовых к развертыванию в два-три недели. У России к тому времени хорошо если останется 1500».

К этому добавлю лишь, что ни о каком обязательном уничтожении снятых боеголовок в договоре нет и речи. Каждая сторона вольна ими распоряжаться: может уничтожить, а может складировать. И другие специалисты считают, что для постановки снятых боеголовок нужны не месяцы или недели, а дни и даже часы.

Чтобы заставить Россию смириться с расширением НАТО на восток, ей бросили подачку. С огромной помпой 28 мая 2002 г. на итальянской военной базе близ Рима была подписана Декларация (именно декларация, а не договор) «Отношения Россия-НАТО: новое качество», согласно которой создается совет Россия-НАТО («двадцатка»). Наша рептильная «демократическая» пресса по этому поводу подняла шум до небес: Россия получает возможность равноправного участия в принятии и исполнении решений этой организацией и даже право вето. Реально же Россия получает право голоса при обсуждении узкого круга вопросов, не имеющих принципиального значения. Все же важнейшие проблемы, как и прежде, будут обсуждаться за закрытыми дверями, и решения по ним будут приниматься без участия России. В частности, Россия не сможет воспрепятствовать расширению НАТО за счет ее ближайших соседей. Поэтому даже такой ярый апологет путинской внешней политики как президент фонда «Политика» Вячеслав Никонов вынужден был отметить, что партнерство России с НАТО и ЕС напоминает «потемкинские деревеньки, в которых имеется в основном только пышный фасад».

На прошедшем сразу же после римской встречи 29 мая саммите Россия-ЕС было произнесено много пышных фраз о развитии всесторонних отношений между сторонами. Но как только дело дошло до конкретных вопросов, то выяснилось, в частности, категорическое нежелание западноевропейцев идти на какие-либо компромиссы по принципиальной для нашей страны проблеме транспортных связей Калининградской области с остальной территорией России.

Это вынудило даже такую прозападную газету как «Время новостей» опубликовать статью, в которой говорилось: «Процесс активного собирательства Соединенных Штатов Европы... запущен на полную катушку. Разумеется, без России. Военно-политические и экономические ставки слишком высоки для Запада, чтобы упускать период российской слабости и не удовлетворять свои самые нескромные геостратегические аппетиты. Реальное, т.е. в конкретных показателях, наше возрождение как великой державы... означало бы для процветающего Запада появление мощного конкурента, и не где-то в другой части глобуса, а здесь, под боком, со всеми вытекающими последствиями для давно поделенного рынка товаров, услуг, труда, технической специализации. Вот для чего, вернее от чего, и нужен есовский и натовский «заборы». Получается, что зрелой Европе с ее устоявшимся благополучием выгодно вести дело к тому, чтобы Россия подольше выкарабкивалась из трясины социально-экономических проблем, оставаясь на «нефтяной игле», строгой дозированности технологической подпитки и вообще на «жесткой сцепке», не позволяющей нарушать выбранную Западом дистанцию конкурентоспособности... С их стороны это не злой умысел. Это нормальная самозащита. Фактически — «профилактика» возрождения России».

В результате, подводя итоги встречи, обозреватель тоже сейчас полностью прозападной «Независимой газеты» вынужден был признать: «Так что похоже, что саммит Евросоюза в Москве стал очередным международным протокольным спектаклем, который вряд ли приведет к каким-то конкретным результатам».

Но так как одним из главных действующих лиц во всех описанных выше действах был _В.В. Путин: именно он капитулировал перед США и подписал «филькину грамоту», он участвовал в строительстве римской «потемкинской деревеньки» и он играл роль хозяина в московско-есовском «спектакле», рептильная печать возвела все эти события до уровня потрясших мир. «Три майских саммита — Россия-США, Россия-НАТО и Россия-ЕС, — читаем мы во «Времени МН», — заполнили лишь шесть календарных дней, но вместе взятые они произвели тектонический сдвиг в международной политике». «Прошедший месяц, — захлебывается от восторга председатель Совета по внешней и оборонной политике Сергей Александрович Карганов, — был небывало успешным и продуктивным для российской внешней политики и дипломатии».

Практически ничего не получив от Запада, В.В. Путин продолжает сдавать позицию за позицией. В частности он заявил о согласии России на вступление стран Прибалтики в НАТО. На состоявшейся в конце июня пресс-конференции, отвечая на вопрос: «Отказалась ли Россия от попыток противостоять вступлению стран Балтии в НАТО?», В.В. Путин сказал: «Было бы абсолютно неверным с тактической, и со стратегической точки зрения препятствовать вступлению Эстонии в НАТО! Ну, хочет Эстония — пусть вступает».

Путинский курс, ведущий к превращению России в покорного холопа США, не дав никаких дивидендов в отношениях с Западом, в то же время заметно ухудшил отношения со странами Азии, прежде всего Китаем, который сейчас в результате политики нашего президента поставлен перед фактом американского пребывания на своих северных и западных границах (в добавление к их присутствию на востоке: в Японии, Южной Корее и на Тайване) и перспективой перехода России в западный лагерь. Если высшие лидеры Китая пока воздерживаются от публичного выражения своего недовольства, то руководители меньших рангов стесняются гораздо меньше.

«Россия, — говорит один из них, — зашла слишком далеко в своем сотрудничестве с Соединенными Штатами, учитывая, что США под флагом антитерроризма захватывают все новые масштабы, расширяют свое влияние». «Вам не следует забывать уроки Второй мировой войны, мюнхенского сговора», — предостерегает российских собеседников другой. Особенно озабочены китайские военные. Как заявил начальник генерального штаба народно-освободительной армии Китая (НОАК) генерал Фу Цюанью, намерение США разместить свои войска в Средней Азии «представляет прямую угрозу безопасности Китая». Участники «круглого стола», состоявшегося в Пекине после саммита Путин-Буш, пришли к выводу, что сближение России с США меняет соотношение сил между державами в целом, причем однозначно в пользу последних. В результате, как заключает эксперт университета Цинхуа Пан Чжунъин, Китаю не остается ничего другого, кроме как срочно «корректировать свою внешнеполитическую стратегию».

Политика В.В. Путина, направленная на угождение США, и предоставление Узбекистаном, Таджикистаном и Киргизией (а в перспективе и Казахстаном) баз американцам во многом лишает Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС) реального значения. Об этом свидетельствует встреча лидеров ШОС 7 июня 2002 г. в Санкт-Петербурге, которая носила в значительной степени декларативный характер.

Западная печать с удовлетворением отмечает, что Россия теряет свое влияние в Азии. «...Для многомиллиардного населения Азии, — пишет в газете «Вельт» Петер Шолль-Латур, — огромная по территории Российская федерация, где, впрочем проживает, только 140 млн человек, теряет свое геостратегическое значение. Тот, кого вытеснили из Афганистана, кто никак не может разобраться с проблемами Чечни, которая представляет США базы на своей территории и по темпам экономического прогресса не может соревноваться с Китаем, подвергается опасности потерять свое лицо в глазах азиатских народов».

Потеряно доверие к России не только в Азии, но и в Латинской Америке. Для стран периферии Россия была притягательна как противовес Америке. Россия как слуга Запада им не нужна. И все эти потери России были одновременно приобретениями Америки. Уже на этом примере можно наглядно видеть, что интересы России и Америки диаметрально противоположны. Что хорошо для одной страны, плохо для другой. Потеряв многое, Россия не получила ничего и можно уверенно сказать не получит ничего в будущем, если не считать, конечно, плевков и пощечин. Америка же выиграла и только выиграла. Она не поступилась ничем.

Под давлением США Россия уже сейчас вступила на путь предательства экономических интересов периферийных стран. В начале 2002 г. правительство России по просьбе Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК) приняло решение о сокращении экспорта на 150 тыс. баррелей в сутки. Это способствовало повышению цен на нефть, что было выгодно России. 31 мая М.М. Касьянов объявил о выходе России с 1 июля из этих ограничений. Это, конечно, удар по ОПЕК и другим нефтедобывающим странам. Незадолго до этого Г. А. Явлинский призвал Россию помочь США «добиться ликвидации монополии ОПЕК на мировом рынке нефти и, следовательно, освободиться от энергетической зависимости». Сейчас идут переговоры об организации массированных поставок нефти в США. И в этом специалисты усматривают подыгрывание США не только в вопросах экономики. Готовясь к удару по Ираку, США опасаются прекращения поставок нефти из стран Персидского залива. Российская нефть должна в таком случае заменить арабскую.

Нельзя при этом не вспомнить, что реакции России на американские угрозы Ираку была весьма умеренной, более мягкой, чем со стороны ряда стран Западной Европы. Более того, когда во время очередного вояжа, российскому министру иностранных дел Игорю Сергеевичу Иванову корреспондентом «Тайме» был задан вопрос, выйдет ли Россия из антитеррористической коалиции в ответ на военную акцию против Ирака, последний ответил: «Было бы нецелесообразным публиковать какие-либо ультиматумы, говорить, что мы выйдем из коалиции... Участие в коалиции — это не какой-то подарок или дар кому-то, оно соответствует нашим собственным интересам». Иначе говоря, Россия готова сдать Ирак.

Независимая политика Белоруссии и ее президента давно раздражает и Запад, прежде всего США, и наших олигархов. США давно стремились превратить эту республику в «демократическую колонию», по пока у них ничего не получалось. Все дело в том, что Белоруссия в отличие от России экономически независима от Запада: у ней практически нет внешнего долга Западу, она полностью обеспечивает себя продуктами питания. На нее США невозможно нажать экономически, а все политические нажимы кончились крахом.

Но не завися от Запада, Белоруссия в определенной степени экономически зависит от России, которая является для этой страны главным рынком сбыта и поставщиком нефти и газа. Поэтому щекотливое дело ликвидации независимости Белоруссии и устранения ее непокорного президента было поручено В.В. Путину. 13 июня 2002 г. он разразился серией нелепых и противоречивых высказываний, из которых следовало, только одно: он крайне недоволен и проектом создания Российско-белорусского государства, и политикой, и личностью А.Г. Лукашенко. Его высказывания вызвали восторг и прозападной, антирусской оппозиции в Белоруссии, и наших «демократических» органов печати, которые помимо всего прочего усмотрели в этом стремление добиться смещения А.Г. Лукашенко с поста президента. Весьма возможно, что своей грубостью В.В. Путин пытался вызвать А.Г. Лукашенко на резкую ответную реакцию, а затем свалить на него вину за распад союза. Однако президент Белоруссии ответил с величайшей сдержанностью и достоинством. По-видимому В.В. Путину доложили о том неблагоприятно впечатлении, который вызвали его выпады против Белоруссии, и он вынужден был на своей пресс-конференции, которая состоялась 24 июня, несколько сбавить тон, а наши рептильные СМИ стали доказывать, что его не так поняли.

Нельзя не отметить, что почти одновременно с демаршем В.В. Путина, атаки на Белоруссию и ее руководство были предприняты в конгрессе США. Конгрессмен Кристофер Смит внес на рассмотрение американского парламента законопроект «Акт о демократии в Белоруссии-2», предполагающий различного рода санкции против этой страны, а также выделение 40 млн долларов белорусской оппозиции.

12 августа 2002 г. заместитель госсекретаря США Стивен Пайфер, сообщив о неоднократном обсуждении проблемы Белоруссии президентами США и России, выразил надежду, «что Россия сможет использовать свое влияние в Белоруссии». Надежда оправдалась. 14 августа 2002 г. В.В. Путин фактически выступил против создания союзного государства. Он предложил два варианта объединительного процесса. Первый заключался в том, что Белоруссия лишается собственной государственности и входит в состав Российской Федерации либо целиком в качестве одного из ее субъектов, наряду с Башкирией, Татарстаном, Московской областью и т.п., либо субъектами РФ становятся составляющие Белоруссию области, а сама она как особое образование исчезает. Второй вариант — объединение типа Европейского сообщества. Российская «демократическая» пресса ликовала, прославляя хитрый ход российского президента. Если раньше в роли инициатора объединения всегда выступал А.Г. Лукашенко, а российские руководители формально соглашаясь с ним, всячески тормозили дело, то теперь российский президент выступил в роли поборника не просто интеграции, а суперинтеграции, не просто объединителя, а сверхъобъединителя. Если А.Г. Лукашенко согласится с первым вариантом, то будет покончено и с ним самим, и с самостоятельностью руководимой им страны от Запада, а сама Белоруссия и ее народ станет объектом грабежа и российских, и иностранных олигархов. Если же Г. А. Лукашенко откажется, что наиболее вероятно, то тогда можно будет обвинить его в том, что он на деле является противником объединения, что вся его предшествующая политика была лицемерной, ибо его целью было вовсе не объединение двух стран, а льготное использование сырьевых и прочих ресурсов России, причем не в интересах своей страны, а исключительно ради сохранения своей личной власти. Отказ даст российскому руководству основание для организации своеобразной экономической блокады Белоруссии, что приведет к ухудшению положения ее экономики, снижению жизненного уровня ее населения, нарастанию оппозиционных настроений и, в конечном счете, к отстранению А.Г. Лукашенко от власти, к приходу к власти «демократов», которые покончат с самостоятельностью страны от Запада и отдадут ее на разграбление иностранным капиталистам. Вообще, в любом случае Запад выигрывает, добивается реализации российскими руками давно вынашиваемой цели.

Запад действительно выигрывает. Зато Россия от новой путинской политики в отношении Белоруссии проигрывает и только проигрывает, причем проигрывает во всех отношениях и при любом варианте развития событий. Ясно одно: Белоруссия никогда не согласиться на первый вариант. И дело не в амбициях Г. А. Лукашенко, как пытаются это представить наши «демократические» публицисты. На это не пошел бы ни один руководитель этой страны, кем бы он ни был. Но уже само по себе такое предложение не может не породить у белорусов недоверия к России и даже росту антирусских настроений, которые большинству белорусов никогда не были присущи, создаст благоприятные условия для националистической пропаганды. Такое предложение закрывает путь к политической интеграции постсоветского пространства, ибо ни одна из бывших союзных республик на подобные условия объединения с Россией никогда не согласиться. В случае экономической блокады Белоруссии Россия лишится своего единственного верного союзника. Не очень реальны надежды на отстранение А.Г. Лукашенко от власти. А если это и произойдет, то Россия только проиграет, ибо «демократическая» белорусская оппозиция будет проводить прозападную, антироссийскую политику. В результате наши олигархи останутся ни с чем. Грабить Белоруссию будут не они, а местные «демократы» и их западные опекуны.

Но самое печальное, что наше руководство не ограничивается только словами. С ведома отдельных лиц из администрации президента РФ лидер СПС Б.Е. Немцов начал переговоры с белорусской оппозицией, имеющие целью поиски путей к свержению Г.А. Лукашенко. Но самое главное — была предпринята попытка применить против Белоруссии экономические санкции. Было объявлено, что с 1 ноября 2002 г. вдвое будут сокращены поставки газа из России в эту страну. «Демократическая» пресса с нескрываемым ликованием писала, что в ближайшее время Белоруссия останется без газа и начнет замерзать.

Официальные лица заявляли, что сокращение поставок газа вызвано не политическими, а чисто коммерческими соображениями: слишком низкими ценами и задолженностью. Это, конечно, же ложь. Ведь поставляем мы электроэнергию и газ в Грузию по более низкими, чем мировые, ценам, а практически бесплатно, в долг, который никак не погашается. Когда руководители РФ, реагируя на явно антироссийскую политику Грузии, все же намекнули на возможность экономических санкций, последовал окрик из Вашингтона и все осталось по-прежнему.

Негодование подавляющего большинства россиян и веские аргументы, приведенные белорусской стороной во время переговоров в начале глав правительств, а затем президентов обеих стран, заставили В.В. Путина пойти на попятный. Но все это до нового американского нажима.

Говоря о новой внешней политике России, Г.А. Явлинский писал: «...Мы выступаем за этот курс еще и потому, что, если этот выбор будет последовательным и долгосрочным, он неизбежно позитивно повлияет и на внутреннее развитие страны. Такой курс в исторической перспективе будет несовместим с системой олигархического капитализма, обрекающего на нищету подавляющее большинство народа, с построением управляемой демократии, с ограничением свободы слова и прав человека».

Дело обстоит как раз наоборот. Путинский курс, если он будет последовательно претворятся в жизнь лишит нашу страну возможности избавиться от зависимости от Запада и тем самым вырваться из капкана, в котором она оказалась в результате политики наших «демократов», увековечит ее прозябание в болоте периферийного капитализма, а тем самым господство олигархов, обречет ее на отсталость, а основную часть ее населения — на беспросветную нищету, приведет к установлению авторитарного режима. Современное положение России и ее будущее в случае продолжения этого курса, можно охарактеризовать словами поэта Леонида Корнилова, написанными им в дни, когда вся страна терзалось тревогой за судьбу подводной лодки «Курск» и ее экипажа:

Что там «быть или не быть»,

когда не встать, когда не всплыть.

Когда меняют на мошну

границы, славу и страну. <..>

Мы на мели, мы на мели —

Смешном подобии земли <..>

Но на мели не повернуть

в спасительный обратный путь.

Моей стране как лодке «Курск»

уже не встать — не лечь на курс.

Она сама как в западне

лежит на дне, лежит на дне.

Из печального факта капитуляции (пусть даже временной) России перед Западом и нужно исходить при попытке нарисовать наиболее вероятный в настоящее время вариант развертывания глобальной классовой борьбы.