Страницы истории

Потенциал мести

Крупнейший историк нашего века А.Тойнби, говоря о месте репрессий в истории, отметил, что “меч репрессий, отведав крови, не может усидеть в ножнах”. Иными словами, начав однажды кровавые репрессии, трудно пресечь этот процесс, пока он не пройдет кульминацию: на каждом шагу этого процесса порождаются мотивы для следующего, расширенного этапа.

В России этот процесс был, видимо, начат “Кровавым воскресеньем” 1905 г. и казнями крестьян в ходе столыпинской реформы. О них писал в непонятом тогда волнении Л.Н. Толстой. Он пророчески видел в тех казнях семя будущих трагедий. Затем были важные вехи: белый и красный террор, гражданская война, жестокое подавление крестьянских волнений в 1921 г., расстрелы священников в начале 20-х гг., раскулачивание и коллективизация, страшный голод 1933 г. Все это накапливало в обществе огромный “потенциал мести”.

Такой потенциал накапливается в ходе всех крупных, цивилизационного масштаба, общественных преобразованиях, а именно таковыми и были сдвиги, происходившие в СССР. В сравнении с другими аналогичными явлениями репрессии 30-х гг. в количественном измерении невелики. Становление буржуазного общества на Западе (Реформация) породило несообразные репрессии - сожжение около миллиона “ведьм” только протестантскими правительствами. Широкие (относительно более крупные, чем в СССР) репрессии провела Великая французская революция.

Потенциал мести в СССР прорвался, как только гражданская война (в смятой форме) переместилась внутрь самой правящей партии. Произошло избиение “ленинской гвардии”, в котором пострадало и множество невинных людей. Важнейшая сторона “сталинских репрессий” в том, что действия власти получали массовую поддержку, которую невозможно было ни организовать, ни имитировать.