Страницы истории

Последняя среднеазиатская медаль. 1895 г.

Присоединение Россией среднеазиатских ханств и эмиратов взбудоражило все высшие правительственные круги и восточную агентуру Великобритании. В Индии английский вице-король объявил мобилизацию. Из Афганистана в Туркмению вступили афганские войска и вышли на левый берег реки Кушки, в район Теш-Кепри, где уже стоял русский отряд под командованием генерала Комарова. Теперь две враждующие стороны разделяла только мелководная пограничная речонка. Перевес в силах был на стороне афганских войск. Они начали обход отряда Комарова, стараясь взять его в кольцо, но встретили решительный отпор. После сражения 8 марта 1885 года афганские войска во главе с английским командованием обратились в бегство, а преследовавший их отряд Комарова занял Кушку и «афганский городок Пенже на дороге к Герату, этим северным воротам в Афганистан».[902]

После столкновения на Кушке между Англией и Россией возникла ситуация войны. В Лондоне поднялась газетная шумиха, английское правительство намечало планы нападения на Владивосток, и даже были попытки прорваться в Чёрное море для диверсий против Одессы. Но Турция послужила амортизатором. Выполняя требования Берлинского трактата мирного договора 1878 года, она не пропустила английскую эскадру в Чёрное море и, более того, начала укреплять пролив Дарданеллы. В связи с этим создалась ещё одна конфликтная ситуация, между Турцией и Англией, в которой последняя, разъярённая неудачами, напала на подвластный Турции Египет и оккупировала его.

Англия была возмущена захватом афганской территории — Пенжинского оазиса — отрядом Комарова. Но сам эмир Афганистана Абдуррахман-хан прямо заявил английским дипломатам: «Афганский народ не питает доверия к вам… Необходимо сообщить членам вашей комиссии, чтобы они уступили России те части границ Афганистана, которые ныне являются предметом распри между нами и русскими… Я считаю необходимым поступить так потому, что земли и жилище туркменов-сарыков моими владениями, а они сами моими подданными в действительности никогда не были; и их делами я никогда не ведал… Та часть границы, которая теперь должна отойти к России, не принадлежит к территории Афганистана».[903] Прижатая справедливыми доводами, после долгих дипломатических проволочек Англия была вынуждена 10 сентября 1887 года подписать протокол о точном определении русско-афганской границы, в черту которой вошли все ранее занятые Россией земли. Неясным оставалось положение высокогорного Памира.

Ещё во время покорения Кокандского ханства среднеазиатский наместник Кауфман способен был на законных основаниях занять Восточный Памир, так как он являлся составной частью ханства. Но он не мог идти вразрез с политикой правительства России, которой было в то время не до заброшенной, труднодоступной нищенской области, находящейся в поднебесье, на краю света. Только после определения и установления точных границ с Ираном и Афганистаном со стороны Закаспийского края Россия приступила к изучению обстановки на Памире.

В середине 1892 года правительство направило в этот высокогорный район известного географа Б. Л. Грамбчевского, который ранее занимался изучением этих краёв. Он копался в истории этого края, беседовал со стариками и почётными представителями, интересовался управлением и другими сторонами жизни местного населения. По сути дела, это была самая обычная разведка. Полковник Грамбчевский в своих отчётах расписывал о грабительских набегах на Памир бандитских отрядов Якуб-бека, цинских феодалов из Кашгара, о беспощадных грабителях Щугнана и Вахана, о кровавых самосудах местных феодалов. Много было сказано и об афганских вторжениях на Памир, о восстаниях свободолюбивых горцев.

Задолго до Грамбчевского на Памире побывало много англичан. Не проходило и года, чтобы туда не наведывался кто-либо из английских военных представителей. Только за последние годы, начиная с 1887 года, там немало поработал подполковник А. Дюранд. Он проводил военно-разведывательную деятельность до 1889 года. Затем его сменили майор Кумберленд и лейтенант Боуэр. В 1890 году на Памир прибыл «на охоту» Литтльдель, и, наконец, туда снаряжались целые экспедиции. Англия собиралась разделить Памир с китайцами, отдав часть его в ведение подвластного ей Афганистана…

В январе 1896 года «…новая государственная граница была утверждена царём» Николаем II.[904] На этом была поставлена точка в присоединении Средней Азии к Российской империи.

В честь завершения всей этой эпопеи была отчеканена последняя — четвёртая — награда, как бы обобщающая всю эту серию медалей, посвящённых завоеванию Средней Азии. Именной указ по этому поводу от 14 июля 1896 года гласил:

«В ознаменование особой признательности к доблестным подвигам войск Наших, которые участвовали в походах и экспедициях в Средней Азии с 1853-го по 1895 год, выказав в полном блеске стойкость, храбрость и непоколебимое мужество в перенесении трудов и лишений среди песчаных пустынь и горных высей, признали Мы за благо установить медаль с надписью: „За походы в Средней Азии 1853–1895 гг.“ для ношения на груди на ленте, составленной из Георгиевской и Владимирской. Медаль эту: серебряную — жалуем всем чинам, участвовавшим в боевых действиях во время походов и экспедиций в Средней Азии с 1853-го по 1895 год, и светлобронзовую — всем прочим лицам, принимавшим участие в этих походах и экспедициях.

Утвердив ныне Правила, на основании которых медаль должна подлежать выдаче, Мы поручаем… объявление означенных Правил и доставление медалей по изготовлении их в распоряжение начальства участников этих походов.

На подлинном Собственною Его Императорского Величества рукою подписано:

Николай».[905]

Медаль была отчеканена диаметром 28 мм. На лицевой стороне её изображены, под императорскими коронами, четыре вензеля царей, при жизни которых проводилось завоевание Средней Азии: вверху — Н-I, слева — А-II, справа — А-III и снизу — Н-II. На оборотной стороне — четырёхстрочная надпись: «ЗА — ПОХОДЫ ВЪ — СРЕДНЕЙ АЗИИ — 1853–1895 гг.».

Конкретно об условиях награждения этой медалью говорят утверждённые «Правила».

Серебряной медалью были награждены все воинские чины, а также волонтёры и милиционеры, принимавшие участие в среднеазиатских походах в какие-либо годы с 1853 по 1895, непосредственные участники сражений. Этой же медалью награждались священники и весь медицинский персонал, находившиеся в экспедициях при войсках и исполнявшие свои обязанности непосредственно в боевой обстановке.

Медали из светлой бронзы вручались всем поголовно воинским чинам, милиционерам, волонтёрам, которые не принимали участия в сражениях, но являлись участниками экспедиций в Среднюю Азию. Эти же бронзовые медали жаловались священникам и всему медицинскому персоналу, а также гражданским чиновникам, вольнонаёмному персоналу и, как указано в «Правилах», «…лицам всех сословий, оказавшим в походах какие-либо особые заслуги, по удостоверению этих лиц начальником тех войск, при которых они состояли в течение экспедиций».[906]

Встречается подобная медаль и из тёмной бронзы (меди). Она была отчеканена для коллекционеров по заказу СФА (Советской филателистической ассоциации).