Страницы истории

Скелеты из Кастенедоло

В период плиоцена, миллионы лет назад, южные склоны Альпийских гор омывались теплыми морскими волнами и постепенно покрывались отложениями кораллов и моллюсков. В конце лета 1860 года профессор геологии Джузеппе Рагаццони (Giuseppe Ragazzoni) из Политехнического института итальянского города Брешиа отправился в местечко Кастенедоло (Castenedolo), примерно в 6 милях к юго-востоку от Брешии, за окаменевшими раковинами моллюсков, которые можно было обнаружить в плиоценовых отложениях одной из пещер у подножия невысокого холма под названием Колле-де-Венто (рис. 7.3).

  

 Рис. 7.3. Холм Колле-де-Венто возле местечка Кастенедоло, Италия, в разрезе. Показана общая стратиграфическая позиция обнаруженных там человеческих скелетных останков.

1. Окаменевшие останки человека, найденные в 1860 году геологом Джузеппе Рагаццони, залегали среди наносов кораллов и раковин, покрытых среднеплиоценовыми напластованиями голубой глины, поверх которых расположен слой смытой с холма красной глины (феретто).

2. Новые ископаемые останки троих людей (одного взрослого и двоих детей) были обнаружены 2 и 25 января 1880 года примерно в 15 метрах от находки 1860 года. Кости залегали поверх кораллового наноса и были покрыты слоем плиоценовой голубой глины толщиной порядка 2 метров, поверх которого находились напластования красной глины (феретто).

3. Кости, принадлежавшие женщине, были найдены 16 февраля 1880 года на метровой глубине в слое голубой глины, покрытой напластованиями желтого песка и ярко-красной феретто.

Ни в одном из трех случаев никаких признаков захоронения Рагаццони не обнаружил.   Вот как Рагаццони описывает свое открытие: «Я собирал раковины вдоль коралловой отмели, как вдруг моя рука наткнулась на верхнюю часть черепа, который заполняли кусочки кораллов, сцементированные типичной для той формации зеленовато-голубой глиной. Пораженный, я продолжил поиски и помимо верхней части черепа обнаружил и другие кости, в частности грудной клетки и конечностей, принадлежавшие, по всей видимости, человеческому существу».

Рагаццони показал кости геологам А. Стоппани (A. Stoppani) и Дж. Курьони (G. Curioni), которые отреагировали отрицательно: «Особо не вникая в обстоятельства находки и не допуская даже мысли о том, что речь может идти о древнем человеке, они высказали предположение о вполне свежем захоронении, якобы имевшем место совсем недавно».

«Тогда я решил выбросить кости, – продолжает Рагаццони, – хотя и не без сожаления, поскольку обнаружил-то я их среди кораллов и морских раковин, и что бы там ни утверждали двое уважаемых ученых, кости, покрытые кораллами, раковинами и глиной, выглядели так, словно их принесло морскими волнами».

Но на этом история отнюдь не завершается. Рагаццони никак не мог избавиться от мысли, что найденные им кости принадлежали человеку, жившему в эпоху плиоцена. «Чуть позже, – пишет первооткрыватель, – я все-таки вернулся на то же место и обнаружил еще несколько костных фрагментов в таком же состоянии, что и первоначальные находки».

В 1875 году Карло Джермани (Carlo Germani) по совету Рагаццони приобрел участок земли в Кастенедоло для продажи местным крестьянам богатой фосфатами глинистой, изобилующей раковинами почвы, которая использовалась как удобрение. «Я рассказал Джермани, – вспоминает Рагаццони, – о найденных там костях и настоятельно порекомендовал ему, раскапывая землю, быть внимательным, а если обнаружатся человеческие останки, тотчас поставить меня в известность».

В декабре 1879 года Джермани заметил в земле несколько костей, залегавших в 15 метрах от места первоначальной находки, а 2 января 1880 года оповестил о них Рагаццони. Тот вспоминает: «Мы с моим помощником Винченцо Фракасси (Vincenzo Fracassi) отправились туда на следующий же день, чтобы лично извлечь кости из земли». Новое открытие состояло из фрагментов черепа, нескольких зубов, кусочков позвоночника, ребер, костей рук, ног и ступней.

Затем последовали еще находки: 25 января Джермани принес Рагаццони фрагменты челюсти и несколько зубов, обнаруженных на расстоянии порядка двух метров от местонахождения костей, извлеченных из земли в начале января. Отправившись вновь в Кастенедоло, Рагаццони нашел еще несколько фрагментов черепа, челюсти, позвоночника и ребер, а также зубы. «Все они, – свидетельствует Рагаццони, – были полностью покрыты – как снаружи, так и изнутри – смесью глины, кусочков кораллов и раковин, что делало их совершенно непохожими на останки человека, который был захоронен в могиле, и это подтверждало мое предположение о том, что кости принесло морскими волнами».

16 февраля Джермани уведомил Рагаццони об обнаружении целого скелета. Рагаццони в очередной раз отправился на место, чтобы лично проконтролировать раскопки. Выяснилось, что скелет, покрытый наслоениями зеленовато-голубой глины, принадлежал человеческому существу женского пола с современным анатомическим строением.

«Целый скелет, – пишет Рагаццони, – находился посреди пласта голубой глины… более чем метровой толщины, сохранившего однородную структуру без каких бы то ни было признаков ее нарушения». И далее: «По всей видимости, скелет изначально покоился в отложениях, напоминающих морской ил, а не был захоронен в глине позднее, поскольку в этом случае имелись бы следы верхних слоев, состоящих из желтого песка и железисто-красной глины, которую называют феретто».

Короче говоря, любое захоронение оставило бы в слое голубой глины следы, хорошо заметные из-за контрастных цветов различных типов породы, а Рагаццони, будучи геологом, авторитетно свидетельствует, что ничего подобного не наблюдалось. К тому же структура напластования голубой глины не была нарушена.

Рагаццони пришлось принять во внимание и еще одно возможное возражение по поводу его заключения об одинаковом возрасте человеческих костей из Кастенедоло и относящегося к плиоцену напластования, в котором они были обнаружены. Что если потоки воды, смыв верхние пласты, частично проникли и в слой голубой глины? В таком случае вода могла унести человеческие кости с собой в образованные ею полости, а поверх них намыть наслоения другой породы, уничтожив таким образом все признаки захоронения. Предвидя такого рода аргументы, Рагаццони заявил заранее, что гипотеза о недавнем воздействии грунтовых вод на человеческие кости, из-за чего они якобы и оказались в том месте, где он их обнаружил, не кажется ему правдоподобной. «Окаменевшие останки, – писал он, – были найдены 2 и 25 января на глубине около двух метров, в пограничном слое между наносами кораллов и раковин и покрывавшим их напластованием голубой глины, раскиданными среди раковин именно так, как если бы их разбросало волнами. Расположение костей позволяет совершенно исключить предположение о каком-либо более позднем воздействии на пласт или об их перемещении».

Далее Рагаццони отмечает: «Скелет, обнаруженный 16 февраля, покрывал более чем метровый слой голубой глины, судя по всему, сформировавшийся путем медленного осаждения». Медленное осаждение глины, подтверждаемое расслоением ее пласта на отдельные прослойки (на что указывает Рагаццони), полностью опровергает предположение о том, что скелет оказался в слое голубой глины недавно, под воздействием потоков подземных вод.

Современные геологи датируют отложения голубой глины в Кастенедоло астианской стадией[11] среднего плиоцена, что определяет возраст находок Рагаццони в 3 – 4 миллиона лет.

В 1883 году профессор анатомии Римского университета Джузеппе Серджи (Giuseppe Sergi) побывал у Рагаццони в гостях и лично осмотрел костные человеческие останки, хранившиеся в Политехническом институте Брешии. Профессор пришел к выводу об их принадлежности четверым различным индивидуумам: взрослому мужчине, взрослой женщине и двоим детям.

Серджи посетил и Кастенедоло. Вот что он пишет: «Я отправился туда в сопровождении Рагаццони 14 апреля. Котлован, выкопанный в 1880 году, оставался нетронутым, и напластования были ясно различимы в своей геологической последовательности».

«Невозможно, – продолжает Серджи, – выкопав могилу, затем ее засыпать, полностью сохранив структуру потревоженной земли. Глина верхних, поверхностных пластов, легко узнаваемая благодаря своему яркому цвету, была бы неизбежно перемешана. Изменение цвета из-за внешнего воздействия бросилось бы в глаза любому, не говоря уже об опытном геологе». Серджи указывает и на то, что, исключая почти целиком сохранившийся женский скелет, большая часть костей была в беспорядке раскидана среди раковин и кусков коралла под слоем голубой глины, точно по широкой, плоской земной поверхности. По всей вероятности, тела нашли свое последнее пристанище на морской отмели, а когда они разложились, то волны разбросали кости. «Даже почти полностью сохранившийся женский скелет, – отмечает Серджи, – был найден перевернутым, то есть в таком положении, которое отнюдь не характерно для обычного захоронения».

Серджи не сомневался в том, что кости из Кастенедоло являются останками людей, чья жизнь оборвалась в период плиоцена, входящий в третичную систему. Касаясь негативных оценок других ученых, он заявил: «Я бы назвал своего рода научным суеверием склонность в силу теоретической тенденциозности отвергать любые открытия на том основании, что они подтверждают существование человека в третичную эпоху. Следует, наконец, избавить естественные науки от такого рода предрассудков». Со своей стороны отметим, что покончить с научным суеверием не удалось и по сегодняшний день. «Такой основанный на предрассудках деспотизм в науке – называйте его как вам будет угодно – дискредитировал все открытия человеческих останков, относящиеся к плиоцену», – с горечью констатирует профессор Серджи.

И все-таки Серджи не был одинок в признании открытий Рагаццони в Кастенедоло. Признал их и Арман де Кятрефаж, уже знакомый нам по главам, посвященным каменным орудиям. Вот что он писал в книге «Races Humaines» («Человеческие расы») об обнаруженном в Кастенедоло скелете женщины: «Не существует каких-либо серьезных оснований сомневаться в достоверности открытий г-на Рагаццони, которые… никаких сомнений и не вызвали бы, будь они сделаны в отложениях четвертичного периода. За исключением чисто схоластических априорных возражений, никаких споров они не вызывают».

Еще один человеческий скелет, найденный в Кастенедоло в 1889 году, внес, однако, определенную сумятицу в отношении открытий 1880 года.

Исследовать вновь найденный скелет, покоившийся на древней устричной отмели, Рагаццони пригласил Дж. Серджи и А. Исселя (A. Issel). По словам Серджи, как он сам, так и Иссель полагали, что находка 1889 года действительно являлась недавним захоронением в плиоценовых напластованиях: практически нетронутый скелет лежал на спине в расщелине устричной отмели, при этом признаки захоронения были достаточно очевидны.

Но Иссель подготовил собственный доклад, в котором назвал недавними захоронениями также и находки 1880 года, утверждая в примечании, что Серджи разделяет его мнение об ошибочности датирования плиоценом всех без исключения скелетов, найденных в Кастенедоло. Для научного мира этого было более чем достаточно, чтобы прекратить дискуссию.

Позднее Серджи опроверг утверждения Исселя. Отметив, что скелет 1889 года, по его мнению, действительно недавний, он заявил о своей неизменной убежденности в плиоценовом происхождении находок 1880 года. Однако дело было уже сделано, и Серджи не хотелось еще раз вступать в бой ради «реабилитации» открытий 1880 года. А потому все, что имеет отношение к Кастенедоло, с тех пор вызывает лишь недоуменное молчание либо презрительные насмешки.

Наглядный пример несправедливого отношения к открытиям в Кастенедоло дает «Textbook of European Archeology» («Учебник европейской археологии»), написанный профессором Макалистером (R. A. S. Macalister) в 1921 году. Автор признает, что находки в Кастенедоло, «что бы мы ни думали о них, заслуживают серьезного рассмотрения», отмечает, что их «обнаружил достаточно компетентный геолог, каковым является Рагаццони, а исследовал не менее компетентный анатом Серджи». И тем не менее он отказывается признать их плиоценовый возраст. Перед лицом неопровержимых фактов Макалистер лишь разводит руками: «И все-таки здесь что-то не так». Что же? Ну, во-первых, современная анатомическая структура костей. «Если их возраст действительно соответствует возрасту пласта, где они были обнаружены, – пишет Макалистер, – то это может означать лишь чрезвычайно длительную паузу в процессе эволюции. Гораздо более вероятным представляется то, что где-то в наблюдения вкралась серьезная ошибка». И далее: «Признание принадлежности скелетов из Кастенедоло к плиоцену поставит так много вопросов, не имеющих ответа, что нам не следует колебаться в выборе между принятием и отрицанием их подлинности». В который уже раз мы наблюдаем, как предубеждения заставляют ученого отвергнуть материальные свидетельства, которые при других обстоятельствах были бы признаны безусловно достоверными.

В своей попытке бросить тень на все находки в Кастенедоло Макалистер ссылается на Исселя, вопреки тому, что его доклад дискредитирует лишь скелет, найденный в 1889 году. Так, например, Макалистер пишет о всех без исключения находках в Кастенедоло: «Исследование женевским ученым Исселем костей и местности, где они были обнаружены, показало, что заполнявшие пласты морские отложения покрывали коркой все имевшиеся там твердые предметы, за исключением человеческих костей». Действительно, в своем докладе Иссель отмечает, что кости обнаруженного в 1889 году скелета были гладкими, без какого бы то ни было налета, однако этого отнюдь нельзя сказать о более ранних находках, которые, по свидетельству Рагаццони и Серджи, покрывала корка из голубой глины, кусочков раковин и кораллов.

Еще один пример несправедливого отношения к открытиям в Кастенедоло мы находим в «Ископаемых людях», где Буль и Валуа утверждают следующее: «В случае с Кастенедоло… вне всякого сомнения, речь идет об относительно недавних захоронениях». Однако авторы «Ископаемых людей», уделив Кастенедоло только один абзац, полностью обходят молчанием нетронутые наслоения поверх скелетов, разбросанные кости, множество отсутствующих фрагментов скелетов – то есть такие сведения, которые начисто опровергают гипотезу о позднейшем захоронении.

Буль и Валуа пишут: «В 1889 году профессор Иссель составил официальный доклад о вновь обнаруженном скелете, где отмечает, что все ископаемые, найденные в этом месте, были пропитаны солью, за исключением лишь человеческих костей». Авторы подразумевают, что факт этот имеет отношение не только к находке 1889 года, но и ко всем обнаруженным ранее костям. Однако в докладе Исселя речь идет только о костях, найденных в 1889 году. Кроме того, в нем даже отсутствует слово «соль»: Иссель пишет о «морских наслоениях», которые, как мы уже отмечали, покрывали все кости, обнаруженные в 1860 и 1880 годах.

Чтобы опровергнуть плиоценовый возраст костей из Кастенедоло, ученые подвергли их химическим и радиометрическим анализам. В белке «свежих» костей содержится определенное количество азота, которое с течением времени сокращается. В докладе К. Окли от 1980 года указывается на то, что содержание азота в костях из Кастенедоло аналогично его содержанию в костях, обнаруженных на итальянских стоянках, которые относятся к верхнему плейстоцену и голоцену, из чего следует вывод об относительно небольшом их возрасте. Однако содержание азота в костной ткани сильно колеблется в зависимости от условий местности, а потому этот показатель возраста не может быть надежным. К тому же кости из Кастенедоло были изъяты из глины – вещества, известного своей способностью к консервации азота в костном белке.

Кости имеют свойство впитывать фтор из подземных вод. Содержание фтора в костях из Кастенедоло Окли счел слишком высоким для собственного заключения об их возрасте, отнеся, впрочем, такое несоответствие на счет высокого процента фтора в подземных водах Кастенедоло. Однако это не более чем догадка. Кроме того, в костях из Кастенедоло обнаружилось неожиданно высокое содержание урана, соответствующее древнему возрасту.

Тест по углероду-14 определил возраст некоторых костей в 958 лет. Но, как и в случае с находкой в Гелли-Хилл, необходимо учесть, что этот метод теперь считается ненадежным. Кроме того, хранение костей в музее на протяжении без малого 90 лет скорее всего не могло не отразиться на содержании в них углерода, а следовательно, и на результатах теста.

Случай в Кастенедоло в очередной раз доказывает несовершенство методики, применяемой в палеоантропологии. Первоначальное определение принадлежности находок 1860 и 1880 годов к плиоцену представляется вполне обоснованным. Автор этих открытий, опытный геолог Дж. Рагаццони, тщательно обследовал стратиграфию места их расположения, уделив особое внимание поискам признаков позднейшего захоронения, которых не обнаружил. Он надлежащим образом проинформировал коллег-ученых о находках публикациями в научных журналах. Однако из-за современной морфологии останков они подверглись тщательному анализу с предубежденно-скептических позиций: как пишет Макалистер, «тут что-то не так».

Современные взгляды на происхождение человека заняли господствующее положение в научном мире именно благодаря таким ученым, как Макалистер. На протяжении целого столетия главным критерием, на основании которого свидетельства или принимались, или отвергались, остается концепция постепенной эволюции обезьяноподобных предков человека в его современное состояние. Свидетельства, противоречащие эволюционной доктрине, скрываются самым тщательным образом, а потому чтение учебных пособий о происхождении человека неизменно наводит на мысль об истинности этого учения, поскольку «его подтверждают все свидетельства». Но упомянутые пособия лишь вводят в заблуждение, ибо в их основе лежит «неопровержимая» идея о том, что человек произошел эволюционным путем от своих обезьяноподобных предков, и все свидетельства отбираются и интерпретируются исключительно с точки зрения их соответствия этой идее.


  • аренда автовышки в Киеве