Страницы истории

Колониальное общество в XVIII столетии

Разрабатывая проект заокеанских колоний, официальные власти рассчитывали создать общество, развивающееся (и расширяющееся) по британскому образцу. Если их надежды и оправдались, то лишь наполовину. Число колонистов действительно быстро увеличивалось, но американское общество развивалось по собственным законам.

Возможно, главной отличительной чертой американской жизни в XVIII веке стал именно бурный рост населения колоний. Если в 1700 году оно составляло всего 250 тыс. человек, то к 1775 году уже достигло впечатляющей цифры в 2,5 млн. В абсолютных величинах это все равно было меньше 7 миллионов, проживавших в Англии, но по такому показателю, как прирост населения, американские колонии намного обогнали метрополию: на протяжении каждого поколения число американцев практически удваивалось. Сразу несколько факторов сыграли роль в этом процессе: и высокий естественный прирост, и не прекращавшаяся иммиграция, и устойчиво низкий уровень смертности в колониях. По прошествии определенного времени условия окружающей среды стали намного здоровее для обитателей – по крайней мере, для белых. В среде чернокожих переселенцев, как рабов, так и свободных, смертность по-прежнему оставалась высокой. Для индейцев, которых ускоренными темпами лишали их исконных земель, ситуация только ухудшалась – как в территориальном, так и в эпидемиологическом смысле. Если до контакта с европейцами их число составляло приблизительно 12 млн человек, то к концу XVIII века оно едва ли достигало 1 млн.

Среди колоний, сосредоточенных в основном на Атлантическом побережье, преобладали поселения сельского типа, настоящих городов было совсем немного. Если говорить о возрастном и этническом составе, то большая часть населения была поразительно молодой и имела английские корни, но такое положение вещей сохранялось лишь на начальном этапе. Действительно, в начале века основную массу колонистов составляли выходцы из Англии. Но уже к середине столетия количество англичан заметно снизилось, они едва сохраняли свое численное превосходство. Большинство из тех, кто приехал в Америку между 1700 и 1775 годами, были уже африканского, немецкого, ирландского, шотландского и смешанного ирландско-шотландского происхождения. Внешний облик американцев заметно изменился: колонии обрели новое лицо, которое сохранило совсем немного исконно английских черт. К концу столетия лишь каждый второй из американцев мог похвастаться предками-англичанами, зато каждый пятый имел африканские черты. Колонии в Новом Свете стали домом для многоэтнического, многорасового общества, сильно отличавшегося от того, которое существовало в Англии.

Немалые изменения претерпел и кодекс законов, регулирующий общественную жизнь колоний. Такие традиционно британские понятия, как знатность происхождения, слепое почитание и безусловное повиновение, плохо приживались на американской почве. Сегодняшние американцы, пожалуй, с возмущением отвергнут саму мысль о подобных порядках в родной стране. Однако их предкам в XVIII веке – привыкшим к кабальной службе, к рабству, к беспрекословному подчинению хозяину и вышестоящим чинам – все это не казалось таким уж абсурдом. По мере развития колониальных городов в них все острее ощущалась разница в доходах между бедными и богатыми, но это не привело к формированию жесткой системы титулованных классов, традиционной для метрополии. Здесь тоже существовали очень богатые и очень бедные люди, но все же не до такой степени, как в Англии. Большинство американцев занимали место где-то посередине между этими двумя полюсами. Три четверти всех колонистов принадлежали к так называемому «среднему классу» – против одной трети среди англичан. В Америке доход на душу населения неуклонно повышался даже в условиях быстрого роста численности населения. Земли по-прежнему хватало на всех, и она была относительно дешева, так что колонисты имели возможность наслаждаться более высоким уровнем жизни, чем их современники в Европе. Мы приводим все эти данные, чтобы у читателя не осталось сомнений: в американских колониях на тот момент существовал целый ряд факторов, препятствовавших установлению иерархии европейского типа. По многочисленным свидетельствам зарубежных наблюдателей, в Америке XVIII века их удивляла не жесткая система социальных различий, а, напротив, всеобщее равенство, царившее в колониальном обществе.

Конечно, речь идет о весьма относительном равенстве. По сравнению с Европой Америка выглядела ровным полем, но если рассмотреть ее саму по себе, то вся эта символическая равнина оказывалась на поверку грубой, неровной, изрытой ямами и колдобинами. Начать с того, что каждый пятый обитатель колоний являлся рабом. Половина всех иммигрантов, решивших попытать счастья в Америке, была связана кабальными трудовыми контрактами. В результате не менее половины населения вынуждено было довольствоваться подчиненным положением, предусматривавшим ограничение в политических, юридических и имущественных правах. К началу XVIII века в Новой Англии уже появилась значительная группа безземельных переселенцев, и размеры этой группы постоянно росли. В то же время в Южных колониях сформировалась прослойка доморощенной аристократии, взявшей себе за образец «роялистскую» традицию. И хотя эта плантаторская элита максимально приблизилась к традиционным социальным схемам, следует все же отметить: ее власть и престиж опирались на контроль чужого труда, а не на собственно землевладение. Спекуляция недвижимостью оставалась разновидностью «спорта», и положение аристократических семей было весьма ненадежно: высокопоставленный статус легко приобретался, но столь же легко и утрачивался.