Страницы истории

Причины колониальной реорганизации

Британия изменила правила колониальной игры по причинам, которые ей виделись вполне разумными и логичными: дело в том, что мир, которым наслаждалась империя, был нарушен самым неожиданным, непривычным и непрогнозируемым образом. За семьдесят с лишним лет – с 1689 по 1754 год – Британии пришлось участвовать в четырех крупных войнах против традиционных имперских соперников – Франции и Испании. Вот чем обернулась ожесточенная конкуренция за мировые рынки. Последние потрясения – война с французами и Индейская война – растянулись на девять лет и охватили четыре континента. Вначале все складывалось довольно неудачно для Британии: 4 июля 1754 года малоопытный командир виргинского ополчения Джордж Вашингтон вынужден был сдаться французским войскам, которые вторглись в долину Огайо. Тем не менее война закончилась в 1763 году подписанием мирного договора, трагического для французской империи: Франция сумела сохранить за собой лишь несколько островов в Карибском бассейне и у побережья Канады.

Казалось бы, Британия должна была ликовать по поводу безусловного триумфа в Северной Америке. Но радость победы омрачалась тяжким бременем, которое англичане взвалили на свои плечи с приобретением огромной территории: новые земли надо было как-то осваивать, их населением (которое, кстати, не владело английским языком) как-то управлять, и еще оставалась куча долгов, требующих своевременной уплаты. Теперь в состав Британской империи входили Канада и территория к западу от Аппалачей. Обитавшее на этой земле французское и индейское население было непривычно к британскому типу администрирования (и не выказывало желания к нему привыкать). Чтобы управлять внезапно расширившейся империей, англичанам приходилось платить высокую цену: постоянное присутствие в регионе 10-тысячной армии обходилось в 400 тыс. фунтов ежегодно. К несчастью, Англия на тот момент испытывала острую нехватку в денежных средствах. И немудрено: ведь за годы войны государственный долг империи удвоился и к 1763 году уже достиг 130 млн фунтов стерлингов. Только на выплату процентов уходило 4,5 млн, что составляло почти половину годового бюджета страны в мирное время. Жители Британских островов – и без того сверх меры обремененные налогами – всеми силами противились попыткам государства залезть в их худые карманы. Увы, довольно скоро лондонские власти осознали: в нагрузку к победе в Северной Америке прилагается тяжелый груз политических и финансовых проблем.

Так кто же, как не колонисты, должен был расплачиваться по счетам и решать возникшие проблемы? В конце концов эта дорогостоящая война велась в значительной степени для защиты их жизней и собственности. Изгнание французов с континента обеспечивало в первую очередь безопасность английских колонистов. А сохранение усиленного военного контингента имело целью обеспечивать их интересы в будущем. Было бы только справедливо, рассуждали британцы, если бы колонисты взяли на себя часть издержек империи – особенно в свете их не вполне благовидного поведения в военное время. Офицеры британской армии постоянно жаловались на низкую квалификацию и неуправляемость американских солдат. Правительства колоний крайне неохотно участвовали в финансировании боевых операций, а американские торговцы и вовсе проявили себя предателями, продолжая торговать с вражеской стороной во время военных действий. Мягкость и безалаберность колониальной политики ставили под угрозу интересы империи. Для Британии настало время потуже натянуть поводья.

Колонистам, конечно же, ситуация виделась совершенно в ином свете. Самих себя они рассматривали как законопослушных подданных империи, которым пришлось принести немалые жертвы на алтарь колониальной войны. Они сражались плечом к плечу с англичанами, помогая сокрушать общего врага. И американцам казалось, что они заслужили уважение и благодарность империи – вместо той критики, какую обрушили на них вчерашние соратники. С 1760 года Америка переживала эпоху экономического спада, и, очутившись в подобных условиях, колонисты, как минимум, рассчитывали на сочувствие и понимание со стороны метрополии. Тот факт, что на территории их страны располагалась огромная регулярная армия (которую, между прочим, требовалось кормить и одевать), вызывал непонимание и раздражение в рядах американских поселенцев. Если французская армия ушла, то о какой угрозе империи речь? В свете великой победы, одержанной Британией и ее союзниками, оборонительная политика Лондона выглядела, по меньшей мере, странно.

И как назло – вдобавок ко всем расхождениям между американцами и англичанами – во второй половине XVIII века возник еще один фактор, сильно осложнивший ситуацию в колониях: в 1760 году к власти пришел король Георг III. В отличие от своих предшественников, двадцатидвухлетний король был настроен очень решительно: он намеревался – ни много ни мало – вытащить британскую политику из трясины коррупции и фракционности. С этой целью он, вместо того чтобы предоставить принятие решений компетентным политикам, сам активно вмешивался в процесс. В результате роль короны в формировании имперской политики, конечно, возросла, но одновременно это привело к усилению нестабильности в управлении: министры теперь, что ни день, менялись на своих постах – достаточно было чем-либо (личными или профессиональными качествами) не угодить Георгу III. Как и следовало ожидать, это больно ударило по колониям: в период реорганизации им приходилось постоянно сталкиваться с изменением курса колониальной политики.

Но кого интересует мнение каких-то колонистов? Имперская реформа – худо ли, бедно – все же продвигалась. Министры принимали все более жесткие законы в сферах колониальной торговли, налогообложения и юрисдикции. И с каждым таким законом недовольство американцев, а с ним и раздражение британцев только возрастали.


  • Как проходит прием мануального терапевта.