Страницы истории

Коммерция, колонизация и внешняя политика

Крайние меры, предпринятые Джефферсоном в сфере торговли, были вызваны угрозой со стороны ведущих войну европейских держав. Американцы осознавали всю серьезность своего положения и считали, что их ждет «вторая Война за независимость» – ни больше, ни меньше. Вооруженный конфликт между Англией и Францией вспыхнул с новой силой в 1803 году. И хотя Америка принципиально воздерживалась от участия в военных действиях, в коммерции она оказалась в самой гуще событий. Пока европейские соперники мерялись силой на полях сражений, американская морская торговля заметно активизировалась. Несмотря на статус нейтральной державы, Соединенные Штаты не собирались упускать возможность получить нечаянную прибыль. Беда состояла в том, что Британии и Франции сильно не нравилось такое положение дел. Они не без оснований полагали, что расчетливые американцы наживаются на их конфликте, предлагая помощь и поддержку (в том числе материальную) обоим воюющим государствам. Поэтому в 1805–1807 годах они постарались максимально ужесточить условия судоходства для Соединенных Штатов. Они останавливали и захватывали американские корабли вместе с грузами. Более того, Британия – под предлогом борьбы с дезертирством из своего военно-морского флота – подвергала насильственной вербовке членов команд с американских судов. Джефферсон во всеуслышание заявил, что его страна терпит беззаконные притеснения со стороны Англии и Франции – государств, одно из которых дозволительно сравнить «с гнездом пиратов, а другое – с воровским притоном». Соединенные Штаты не могли оставить подобные враждебные акции без внимания. Однако, памятуя об объявленном нейтралитете, президент предпочел использовать не вооруженное сопротивление, а методы так называемого «мирного сдерживания». В 1807 году Конгресс принял «Акт об эмбарго», запрещавший американским кораблям заходить в иностранные порты и фактически парализовавший всю морскую торговлю.

Введенное эмбарго действовало год и три месяца и за это время нанесло серьезный урон интересам мореходов, торговцев и фермеров – увы, не английских и французских, а своих, американских. Неудивительно, что федералисты, только и дожидавшиеся повода, забили тревогу на всю страну. Да и сам президент осознал, сколь высокую цену – и с экономической, и с политической точек зрения – пришлось заплатить, и пошел на попятный и одним из последних своих законов отменил злополучное эмбарго. Его преемник Джеймс Мэдисон в 1810 году восстановил торговлю с европейскими государствами, правда исключив из их числа Британию и Францию. Некоторое время спустя Франция вновь оказалась в числе торговых партнеров, поскольку пообещала больше не преследовать американские суда (впрочем, Наполеон очень скоро позабыл о своем обещании).

Итак, главным врагом Соединенных Штатов снова стала Британия. Причем если восточные штаты в основном страдали на море, то на Западе англичане серьезно осложняли жизнь жителям американского приграничья. Местные поселенцы вкупе с политическими союзниками жаловались, что британцы намеренно вносят разлад в их отношения с индейскими племенами, дабы помешать американской колонизации западных земель. Особенно много хлопот доставило восстание индейцев из племени шайенов. Во главе его встали вождь по имени Текумсе и его сводный брат Тенскватава. Мало того, что имели дерзость защищать свои исконные земли, они еще и предприняли попытку объединить остальные племена в борьбе за сохранение индейской культуры и привычного уклада жизни. Осенью 1811 года восстание захлебнулось и пошло на спад после решающей схватки близ ручья Типпеканоэ. Тем не менее радикально настроенные представители «военных ястребов» в Конгрессе – такие как Генри Клэй из Кентукки и Джон К. Кэлхаун из Южной Каролины – настаивали на военных действиях против Британии. Только так, по их мнению, можно было захватить новые земли в Канаде и Флориде и отстоять честь Американской республики.