Страницы истории

Гуадалканал

Планируя операции на этом острове, генерал Макартур и адмирал Нимиц стремились использовать победу у атолла Мидуэй, чтобы скорее перейти от обороны к контрнаступлению на Тихом океане. В этом их поддерживали в Вашингтоне генерал Маршалл и адмирал Кинг. Все соглашались на том, что единственным районом, где можно в скором времени предпринять контрнаступление, является юго-западная часть Тихого океана. Разногласия возникли относительно того, кто должен руководить и командовать контрнаступлением. Теперь, когда нажим противника на Гавайские острова был не только ослаблен, но и устранен, военно-морские силы жаждали полностью сыграть свою роль в операции на Гуадалканале, задуманной в основном как десантная операция. Адмирал Книг неохотно соглашался со стратегическим курсом первоначально разгромить Германию и сосредоточить с этой целью американские вооруженные силы в Англии. Возражения англичан против скорейшего вторжения через Ла-Манш в 1942 году заставили Маршалла изменить свое мнение в пользу идеи предоставления приоритета Тихому океану. Кинг с радостью приветствовал этот курс, хотя он мог быть временным и вряд ли получил одобрение президента Рузвельта как решительное изменение политики.

После того как было достигнуто соглашение о переходе в наступление в юго-западной части Тихого океана, в конце июня развернулись бурные дебаты о том, кто должен его возглавить. Спор закончился компромиссом, который нашел выражение в директиве комитета начальников штаба от 2 июля, принятой под влиянием Маршалла. Наступление намечалось провести в три этапа. На первом этапе планировалось захватить острова Санта-Крус и восточные Соломоновы острова, особенно Тулаги и Гуадалканал. С этой целью была смещена граница между зонами, и этот район отходил к Нимицу, на которого и возлагалась задача первого этапа наступления. На втором этапе предусматривалось захватить остальные Соломоновы острова и побережье Новой Гвинеи до полуострова Хуон, сразу за Лаэ. На третьем этапе намечалось захватить Рабаул, главную японскую базу в юго-западной части Тихого океана, и остальную часть архипелага Бисмарка. На этих двух этапах руководство должен был осуществлять Макартур.

Этот компромиссный план не нравился Макартуру. Сразу же после победы у атолла Мидуэй он настаивал на скорейшем проведении крупного наступления на Рабаул, заверяя, что может быстро захватить его вместе с остальной частью архипелага Бисмарка и оттеснить японцев к Труку (на Каролинских островах, отдаленных на 700 миль). Однако Макартуру дали понять, что он не может рассчитывать на получение необходимых, по его мнению, сил: дивизии морской пехоты и двух авианосцев в дополнение к уже имевшимся трем пехотным дивизиям. Таким образом, был принят компромиссный трехэтапный план, выполнение которого потребовало гораздо больше времени, чем рассчитывали Макартур и Нимиц.

План союзников по захвату восточных Соломоновых островов, как и в Папуа, предвосхитили японцы. 5 июля разведывательные самолеты донесли, что японцы перебросили часть сил из Тулаги на соседний, более крупный остров Гуадалканал (90 миль в длину и 25 миль в ширину) и строят взлетно-посадочную полосу в Лунга-Пойнте. Явная угроза действий японских бомбардировщиков с этого аэродрома заставила союзников срочно пересмотреть свою стратегию. Так Гуадалканал стал главным объектом. Покрытые лесом горные хребты, проливные дожди и нездоровый климат создавали неблагоприятные условия для военных действий.

Общее руководство операцией было поручено командующему силами на этом участке вице-адмиралу Гормли, а непосредственное командование — контр-адмиралу Флетчеру, которому также подчинялись три группы прикрытия авианосцев «Энтерпрайз», «Саратога» и «Уосп». Авиация берегового базирования осуществляла поддержку из Порт-Морсби, Квинсленда и с других островных взлетно-посадочных полос. Десантные войска под командованием генерал-майора Вандергрифта состояли из 1-й дивизии морской пехоты и одного полка 2-й дивизии (19 тыс. моряков-пехотинцев были погружены на 19 транспортов). При приближении этой армады никаких признаков противника обнаружено не было, и рано утром 7 августа союзники начали бомбардировку с воздуха и артиллерийский обстрел острова, а в 9.00 приступили к высадке. К вечеру на берег высадилось 11 тыс. морских пехотинцев. На следующее утро они заняли аэродром. Большая часть из 2200 японцев, находившихся на острове Гуадалканал, главным образом строительные рабочие, бежали в джунгли. Японский гарнизон острова Тулаги, насчитывавший 1500 человек, оказал упорное сопротивление, и только к концу следующего дня 6 тыс. морских пехотинцев, высадившихся на остров, преодолели сопротивление японцев.

Японцы, полагая, что численность американского десанта невелика, не стали тратить время на подготовку к соответствующему отпору, а посылали подкрепления мелкими, но все увеличивающимися группами. В результате то, что стороны замышляли как стремительный удар и контрудар, вылилось в затяжную кампанию.

Появление японских кораблей, обеспечивавших доставку подкреплений, вызвало ряд серьезных столкновений на месте. Первым, и самым худшим для американцев, был бой у острова Саво, недалеко от северо-западного берега острова Гуадалканал. Вечером 7 августа вице-адмирал Микава, японский командующий в Рабауле, во главе соединения из пяти тяжелых крейсеров с двумя легкими крейсерами направился к Гуадалканалу. На следующий день, проскользнув незамеченным через так называемую «щель» — узкий проход между двумя грядами Соломоновых островов, он подошел к острову Саво в тот момент, когда Флетчер отвел американские авианосцы из-за недостатка топлива и истребительного прикрытия. Хотя крейсеры и эскадренные миноносцы союзников и приняли меры предосторожности, располагаясь на ночь, однако несение вахты и взаимодействие были организованы плохо. На рассвете Микава захватил врасплох поочередно южную и северную группы и через час уже направился обратно через «щель». Японцы потопили четыре тяжелых крейсера союзников и один серьезно повредили. Японские же корабли почти не получили повреждений.

Японцы превосходили противника в умении вести ночной бой, чему способствовали лучшие оптические приборы и особенно 24-дюймовые, «длинноносые», торпеды. Это было одно из самых тяжелых поражений, которые испытал американский флот в войне на море. К счастью для союзников, Микава не уничтожил массу транспортов и судов снабжения, стоявших беззащитными в Лунга-Роудсе. Он не знал, что союзники отвели свои авианосцы, и опасался контратаки с воздуха, пока он успеет вновь найти относительное укрытие в «щели». Кроме того, Микава не знал, что американцы высадили так много войск на Гуадалканале. Но ведь командира нужно судить в свете тех сведений, которыми он располагал в момент принятия решения.

В тот день, во избежание новой атаки, союзники отвели все, что осталось от их военно-морских сил, к югу, хотя успели выгрузить меньше половины продовольствия и боеприпасов, предназначавшихся для морской пехоты. В результате войскам пришлось перейти на двухразовое питание, и в течение последующих двух недель морская пехота оставалась изолированной — без поддержки флота и авиационного прикрытия. 20 июня был введен в эксплуатацию аэродром Хендерсон-Филд, но и после этого авиационная поддержка продолжала быть крайне ограниченной.

Японцы упустили возможность разгромить десант главным образом потому, что намного недооценили силы морской пехоты, высадившиеся на Гуадалканале. Японцы считали, что десант составляет 2 тыс. человек, а потому полагали, что для его разгрома и захвата острова будет достаточно 6 тыс. человек. Они выслали на эсминцах два передовых отряда численностью в 1500 человек, которые 18 августа высадились восточнее и западное Лунга-Пойнта и атаковали, не дожидаясь следующего конвоя. Японский десант был быстро уничтожен морской пехотой. Следующий конвой в 2 тыс. человек вышел из Рабаула 19 июня. Немногочисленный сам по себе, он получил мощную поддержку флота, участие которого должно было послужить приманкой для американского флота, чтобы завлечь его в ловушку, как предполагалось и в бою у Мидуэя. Возглавлял движение легкий крейсер «Рюдзо», за ним следовали два линкора и три крейсера под командованием адмирала Кондо, а далее — тяжелые авианосцы «Дзуйкаку» и «Сёкаку» под командованием адмирала Нагумо.

Сражение разыгралось у восточных Соломоновых островов, но ловушка, которую замышляли японцы, не удалась. Адмирала Гормли своевременно, предупредила о приближении японских кораблей береговая охрана — организация, где служили преимущественно офицеры разведки австралийского флота и местные поселенцы. Гормли сосредоточил юго-восточнее Гуадалканала три оперативные группы, основу которых составляли авианосцы «Энтерпрайз», «Саратога» и «Уосп». Утром 24 июня «Рюдзо» был обнаружен и потоплен самолетами с американских авианосцев. Тем временем были обнаружены также два японских тяжелых авианосца. Прежде чем начался налет японской авиации, американские авианосцы уже подняли в воздух все свои истребители, которые нанесли японским бомбардировщикам тяжелые потери, сбив свыше 70 самолетов из 80. Потери союзников составили 17 самолетов. «Энтерпрайз» получил серьезные повреждения. После окончания этого боя, не имевшего решающего значения японский и американский флоты отошли под покровом ночи.

Затем в боевых действиях наступило затишье, хотя бои на суше продолжались. Малочисленные японские силы пытались овладеть Хендерсон-Филдом, но их атаки отбивали морские пехотинцы. Японцы сражались насмерть, почти все гибли, но на их место в регулярной последовательности прибывали на эсминцах новые небольшие отряды. Этот процесс морские пехотинцы прозвали «токийским экспрессом». Численность японских сухопутных войск на Гуадалканале постепенно увеличивалась. К началу сентября было переброшено еще 6 тыс. человек. В ночь на 14 сентября японцы яростно атаковали позицию морской пехоты, получившую название «Кровавый кряж», однако все их атаки были отбиты, и при этом они потеряли свыше 1200 человек.

В это же время американский флот понес тяжелые потери: японские подводные лодки серьезно повредили авианосец «Саратога» и потопили «Уосп». Поскольку «Энтерпрайз» еще не вышел из ремонта, для обеспечения воздушного прикрытия остался один лишь «Хорнет».

После неудачных попыток вновь захватить Гуадалканал японский имперский генеральный штаб издал 18 сентября директиву, согласно которой приоритет в этой кампании отдавался Новой Гвинее. Японцы по-прежнему недооценивали силы находившейся там морской пехоты, полагая, что они не превышают 7500 человек. Исходя из этого, японцы решили, что достаточно направить туда одну дивизию и поддержать ее действиями объединенного флота.

При перевозке по морю первого контингента подкреплении у берегов Гуадалканала 11–12 октября разгорелся еще один морской бой. В этом бою, получившем название «бой у мыса Эсперанс», потери сторон были небольшими, но итог оказался более благоприятным для американцев. Во время боя японцам удалось высадить подкрепления и довести общую численность своих войск до 22 тыс. человек. В то же время американцы довели численность своих войск до 23 тыс. человек, не считая 4500 человек на острове Тулаги.

Середина октября была самым критическим периодом кампании. В этот период артиллерия двух японских линкоров нанесла огромный ущерб аэродрому Хендерсон-Филд. Пожар уничтожил запасы горючего и около 50 самолетов. Армейские тяжелые бомбардировщики были вынуждены перебазироваться на Новые Гебриды. Постоянные налеты японских бомбардировщиков держали войска союзников в напряжении, а влажный жаркий климат и недостаточное питание также вели к тяжелым последствиям.

24 октября японцы начали наступление на суше, однако ливневые дожди и непроходимые джунгли мешали его развитию. Японцы нанесли главный удар с юга, но морская пехота, укрепившись на своих оборонительных позициях, умело использовала артиллерийский огонь. Наступление японских войск было приостановлено. Их потери исчислялись тысячами. Американцы потеряли всего несколько сотен человек. К 26 октября японцы вынуждены были отступить, оставив на поле боя около 2 тыс. убитых.

Тем временем объединенный флот под командованием Ямамото в составе двух тяжелых авианосцев, двух легких авианосцев, четырех линейных кораблей, 14 крейсеров и 44 эсминцев крейсировал северо-восточнее Соломоновых островов в ожидании сообщения о захвате сухопутными войсками аэродрома Хендерсон-Филд. Американский флот был слабее чуть ли не вдвое, несмотря на прибытие нового линкора «Южная Дакота» и нескольких крейсеров. В линейных кораблях соотношение было 1:4. Зато помимо авианосца «Хорнет» теперь вступил в строй отремонтированный «Энтерпрайз». С точки зрения ведения современных военно-морских операций это было немаловажно. Свежую струю внесло также назначение адмирала Хэлси вместо переутомившегося Гормли. 26 октября американский и японский флоты столкнулись в так называемом «бою» у островов Санта-Крус, в котором опять главную роль играла авиация. В итоге боя, закончившегося 27 октября, «Хорнет» затонул, «Энтерпрайз» получил повреждения. У японцев получили серьезные повреждения «Сёкаку» и легкий крейсер «Дзуйхо». В самолетах японцы понесли гораздо большие потери: 70 их самолетов не вернулись на базы, а за десять дней, закончившихся этим боем, потери японской авиации составили 200 самолетов (300 самолетов они потеряли еще раньше, начиная с последней недели августа). Американцы вскоре получили подкрепления: свыше 200 самолетов, а также части 2-й дивизии морской пехоты и так называемой Американской дивизии.

Впрочем, японцы тоже получили достаточные подкрепления. Побуждаемые гордостью и обманутые абсурдно оптимистическими донесениями о причиненном противнику ущербе, они решили возобновить свои усилия. Это привело к двум столкновениям, получившим название «морское сражение у Гуадалканала». Первое произошло рано утром в пятницу 13 ноября и продолжалось всего каких-нибудь полчаса. Американцы потеряли два крейсера, а японский линкор «Хией» получил такие повреждения, что на следующий день его пришлось затопить. Это был первый линкор, который японцы потеряли в войне.

Вторая часть этого морского сражения разыгралась в ночь на 15 ноября, причем роли поменялись. Японцы попытались доставить подкрепление (11 тыс. человек) на транспортах под непосредственным охранением эсминцев, которыми командовал контр-адмирал Танака. Силами прикрытия, в состав которых входили более тяжелые корабли, командовал адмирал Кондо. Семь транспортов были потоплены. Остальные четыре достигли Гуадалканала, но утром подверглись атакам авиации. Японцам удалось высадить всего 4 тыс. человек и выгрузить только остро необходимые запасы.

В морском бою жестоко пострадали американские эсминцы, но в полночь японский линкор «Кирисима» подвергся обстрелу корабельной артиллерии американского линкора «Вашингтон». За семь минут «Кирисима» был выведен из строя, и вскоре его пришлось затопить.

Тем временем на суше морская пехота и другие американские части перешли в наступление, стремясь расширить границы захваченного плацдарма. К концу месяца численность американской авиации на острове достигла 188 самолетов, и японцы больше не осмеливались доставлять пополнения и запасы конвоями тихоходных транспортов. В течение декабря они смогли переправлять лишь мелкие партии на подводных лодках.

Японский флот понес такие тяжелые потери, что военно-морское командование потребовало отказаться от захвата Гуадалканала, однако командование сухопутных войск, сосредоточив к тому времени в Рабауле 50 тыс. человек, все еще надеялось послать их на остров Гуадалканал. Американцы к 7 января 1943 года сосредоточили на Гуадалканале свыше 50 тыс. человек и хорошо организовали снабжение. Японцы же получали лишь треть нормального рациона и были так ослаблены голодом и малярией, что не могли рассчитывать на ведение наступательных действий, хотя по-прежнему упорно сражались в обороне.

4 января японский имперский генеральный штаб, учитывая создавшееся положение, отдал приказ о постепенной эвакуации войск. Не зная об этом решении, американцы продвигались вперед весьма осторожно. Это дало японцам возможность вывести все свои войска в три этапа, начиная с ночи на 1 февраля, и завершить эвакуацию к 7 февраля. При этом японцы потеряли всего лишь один эсминец.

В общем итоге длительная борьба за Гуадалканал явилась очень серьезным поражением для Японии. Ее потери составили примерно 25 тыс. человек, в том числе 9 тыс. человек умерло от голода и болезней. Потери американцев были гораздо меньше. Кроме того, японцы потеряли не меньше 600 самолетов вместе с обученными экипажами. В то же время мобилизация людских ресурсов и промышленности позволила американцам непрерывно наращивать свои силы во всех областях.